Сейчас P.S. Вчера. Сегодня. Завтра. Книга 4

Детали он захватывал и крутил основательно, активно использовал пальчики, значит, с мелкой моторикой всё в порядке, говорит должен, отметила я.

– Вот тут стену надо толще сделать, ещё один ряд сложи, – я показала место, где надо укрепить стену.

Он меня игнорировал и продолжал заниматься своим делом.

Несмотря на то, что съемки шли уже две недели, как нужно разговаривать с детьми я не знала. Я была вовлечена во все жизненные процессы детей в Центре, но как разговорить мальчишку я даже не представляла. А просто заставить его поговорить со мной я не хотела.

Наверное, что-то во мне сломалось, и дети это чувствовали. Большая поломанная тётя. И старались держаться от меня подальше. Хотя, следует отметить, что дети просто очень взаимны, видя, что я не проявляю к ним должного участия, они не особо интересовались мной. На самом деле, я еле справлялась с эмоциями, прячась за своим профессионализмом, потому что невозможно отключить чувства, когда видишь одиночество таких поражающих масштабов.

Я взяла детали конструктора и начала укреплять стену.

Мальчик поднял на меня свои глаза.

Длинные черные ресницы, оранжево – жёлтые глаза с крапинками.

Сердце на секунду замерло. Я вспомнила, что нужно дышать.

– Спасибо, – сказал он.

– Как тебя зовут?

– Димка, – сказал он. И улыбнулся. Озорная улыбка, и один уголок рта выше, чем другой.

Я выдавила из себя улыбку, тронула мальчугана за плечо, пообещала, что обязательно вернусь, и быстро вышла из группы на улицу, не надевая пальто.

Я вдыхала холодный морозный воздух так часто, как могла. Мелкий микроскопический лед в воздухе царапал мне слизистую носоглотки, но я не обращала на это внимание. Я дышала. Затем рухнула на скамейку и расплакалась. Эмоции прорвались наружу. Неважно, сколько времени прошло, неважно, сколько времени ещё пройдет. Есть моя constanta, и она неизменна. Он до сих пор мне снится. Он до сих пор приходит в мой сон и держит меня за руку, целует в нос и шепчет на ухо, чтобы я не сдавалась. Я до сих пор почти физически ощущаю гладкость кожи, рельеф плеч и его дыхание на моей щеке. Там, во сне я всегда трогаю руками его стриженый затылок и трусь щекой о его щетину.

Я вытерла слёзы, взяла себя в руки и вернулась в группу. Детей собирали на прогулку, и я пошла помогать их одевать. Помогая натягивать сапожки девочке Оле, я искала глазами Димку.

На улице я подошла в Марине.

– Что за мальчик? Давно здесь? – я незаметно кивнула в сторону Димки. Он опять был один.