По тропам волшебных лесов

А коли надежда на спасение есть, по мне, тут и думать нечего!

Глаза Борхольда метали молнии. Он глядел то на Лахту с Бральдом, то на Фэйра. В нем шла нешуточная борьба. Но потом взгляд его упал на любимую внучку, и лицо старика дрогнуло. Он вздохнул и обреченно проговорил:

– Что с вами делать. В лес, так в лес. Не пускать же одних.

– Ну вот и славно! – обрадовался мальчик. – А я сделаю так, чтобы девочка не угасла, пока мы будем добираться до места.

Он вытащил из-за пазухи диковинный амулет. Маленький дракон, раскинув могучие крылья, гордо летел вперед.

– Амулет этот вырезан из клыка настоящего дракона! – пояснил целитель. – И сохраняет жизнь тяжелобольным. Покуда он на теле владельца, сердце того биться не перестанет. Говорят, сам Аргалий, предводитель Снежных драконов, некогда подарил пастырю выпавший клык, а тот вырезал волшебный амулет. – Фэйр улыбнулся Лахте. – С этим амулетом твоя дочь под надежной защитой.

– Благодарю! – порывисто ответила та.

Глаза старика потеплели, но он тут же принял привычный суровый вид.

– Ну, довольно болтать. В дорогу пора.

Все тотчас засуетились. Лахта взяла дочь на руки и бережно опустила ее в шерстяную перевязь. Старик подвесил к поясу охотничий нож, положил в дорожный мешок плетенку с водой и немного душистого хлеба. Бральд принялся из пучка бересты мастерить факел, но мальчик его осадил:

– Не трать время зря, найдется чем посветить.

Путники плотно закутались в теплые плащи, затушили светильники и один за другим нырнули в густеющий полумрак.

Замерзший день спешил уйти на покой. Медленно догоравшее солнце утопило в красном мареве линию горизонта. В надвигавшихся сумерках бескрайний Заповедный лес, чьи вековечные деревья возносились макушками до самых небес, казался опасным, зловещим и жутким. Словно и не лес это был вовсе, а свирепое полчище жестоких, непобедимых великанов.

Бральд помог Лахте с дочерью взобраться на коня. Серый в яблоках скакун дернулся и строптиво заржал, верно, почуяв, что путь предстоял непростой.

– Ну-ну, будет тебе, Хорд, – ласково прошептал Бральд, и жеребец послушно присмирел.

– Красивый у тебя конь, – заметил Фэйр, любовно похлопав того по мягкому боку.

– И умный, – гордо добавил Бральд. – Говоришь с ним и по глазам видишь: все понимает. Только что молчит.

– И вам будет уже языками молоть! – оборвал его Борхольд, перенимая поводья. – Не за грибами собрались. Пойдем тихо.