Черная кровь ноября

И дальше, дальше, дальше, вдалбливается в нее резко и быстро, нанизывая на себя тугое коренастое тело.

Лиза – неудачница, она ненавидит мужчин и испытывает отвращение к женщинам. Ее никогда не зовут в паб после работы, у нее дома нет даже кошки, она смотрит вечерние шоу с попкорном из микроволновки и мастурбирует солеными пальцами, но сейчас…

Лизу любит древний король фейри, и вся его зеленая, золотая, огненная магия вливается в ее лоно, проходит насквозь, захватывая душу и вталкивая с последним ударом члена – из женщины в дерево.

Безжизненное тело падает в осеннюю траву у корней живой дриады-березы. Которая так нужна королю!

Киндеирн нетерпеливо дергает пальцами – остатки золотых листьев поспешно слетают с ветвей, сплетаясь в острозубчатый венок, охряной плащ оборачивается вокруг тела, золотой меч возникает в дрожащем воздухе и падает в ладонь.

Единственная дриада на весь Уилтшир остается горевать над телом голой мертвой женщины, листья укрывают ее невидящие глаза – спи, спи до весны.

Пусть тебя найдут в апреле, когда закончится ноябрь.

Если будет кому находить.

Потому что прочь – от душной могилы, от свежерожденной дриады и от того места, где все началось – идет древний фейри в короне из золотых листьев, и он не оставит никого в живых.

Он еще не знает, что мстить некому. Дыра в груди пылает холодом, а черная кровь тяжелыми каплями падает на дорогу.

5. Ирн

Он представлял себе триумф. Страх, горящие леса, реки крови – багровой и золотой. Шагающее Возмездие с сияющим мечом и в короне из ноябрьской тьмы.

Он воображал, как белокожие эльфийки будут молить о пощаде, облизывать его нежными ротиками, изгибать томные спины. Как побегут врассыпную мелкие фейри. Как упадут на колени те, кто не может предложить ни плоти своей, ни служения.

Как все узнают – вернулся Кровавый Король и луна склонилась перед ним, выливая молочные кувшины и наполняя их алым.

Никого.

Под мостом гулко стучит и воет, пахнет мочой и бензином. Не ворочается во сне толстокожий тролль, не останавливает путников.

В бледной реке растворены тысячи трупов, она отражает свет белесыми глазами. Пустая, мертвая. Но не вьется в струях грива келпи[3 - Водяной дух в шотландской мифологии; часто предстает в образе лошади.], не тянутся к тем, кто склонился над водами, призрачные руки речных дев.

Птицы перекрещивают небеса справа налево и с юга на восток, но ни в одной нет разума, никто не роняет перья-стрелы на воинов.