Игры с огнем. За гранью

Хрен бы с ними, с тряпками, их не жалко, а вот магические спецсредства… Пользоваться ими толком не умеют, потому как молодо-зелено, расходуют на всякую дурость, а эти вещи, между прочим, жизни должны спасать. Маги-то поумней и по опытней над каждой цацкой трясутся. Так что да. Стажерам и новобранцам на первую смену выдаю старье.

Я понятливо кивнула.

– Старье выдаете, списываете нормальное, излишки налево…

– Бывает, – спокойно согласился капрал. – Бывает, что и налево. Только редко. Все больше мужикам выдаю.

Потому что положенные по уставу двенадцать накопителей при первом же форс-мажоре выжираются в ноль. Вот тогда запас и спасает.

– За счет одних, выходит, других спасаете? – кривовато усмехнулась я.

Капрал только головой покачал.

– Знаешь, сколько раз ты к Щиту будешь допущена за первый месяц? Два – если хорошо себя проявишь. Если очень хорошо – то четыре. А знаешь, сколько раз через портал будет ходить дежурный портальный маг? Не меньше десяти. Это если смена благополучная выдастся, а если не очень – то и двадцать-тридцать бывало наматывали.

Плюс к этому – твои четыре, когда тебя будут страховать. Ты же не думаешь, что тебя, зеленую как травка, без опеки пустят в портал? Вот. А спецсредств я выдать обязан одинаково, что тебе, что ему. Вот и сама посуди, дочка, кому из вас защита нужнее. Ты девочка умная, ты поймешь.

И добавил:

– Думаешь, хоть один из новобранцев за все годы моей службы задал мне те же вопросы, что и ты? Да как же. Не знают толком ничего.

И мало того, что не знают – так еще и не интересуются! А ведь они не как ты сюда являются – годик отбыть, и всё, домой, на гражданку. Они служить сюда приезжают!

Я отхлебнула чая, упорно и молча рассматривая стойку перед собой.

Лесть, конечно, штука хорошая.

И слушать, насколько я всех лучше (ага, всех умнее, всех румяней и белее), без сомнения, приятно.

Но и я у себя – одна-единственная, случись что – другой не выдадут.

Мне было что сказать капралу на его расчеты. Я перебирала слова, заполнившие голову.

Они все были справедливыми. Обоснованными и логичными. Они все были правильными.

Я удержала их при себе.

Просто в тот момент, когда я уже готова была вывалить их наружу, Ивлин Маккой в моих мыслях спросил с усталым интересом:

«Тебе в твоем белом пальто не жарко?»

А еще – «Жизнь чуть-чуть сложнее, чем инструкция».

И «Полковник мужик жесткий, за то время, что он командует частью, здесь ни одного форс-мажора не было».