Ночь в твоих глазах

Разлил чернильно-синюю жидкость с серебристыми искорками магии по бокалам.

– А место службы она точно сменила «вдруг» и «внезапно»? – поинтересовался я. – Потому что через полгода службы моему дому, она попыталась взломать сокровищницу Алиэто-оф-Ксадель, была схвачена с поличным, после чего сбежала из-под стражи, открыв портал из помещения с магической блокировкой. Сам понимаешь, «вдруг» и «внезапно», без весомых причин, таких резких карьерных поворотов не делают.

Лорд Сомхэрл, внимавший перечню свершений небезызвестной лирелей с выражением глубочайшей задумчивости на лице, на последние мои слова пробормотал:

– Может, она просто устала существовать на оклад преподавателя, и решила поправить свои дела, чтобы снова жить в роскоши, как во времена ее отца? – и сделал щедрый глоток из бокала.

– Мэл, тебе доводилось бывать в Самоцветном ожерелье? – спросил он вдруг после того, как мы помолчали, отдавая должное букету вина и новостей. – Забавное содружество миров. Они там верят, что судьбы не существует, не признают над собой богов и поклоняются великому ничто.

А вместо жрецов ходят к Оракулам.

– Люди, которые не верят в предопределенность будущего, верят в ясновидящих? – скептически уточнил я.

– Не совсем. Они считают, что их Оракулы видят не будущее, а правду. Варварские миры, дикие порядки, которые не понять истинно цивилизованным людям: например, женщины у них наследуют наравне с мужчинами…

– Как у эльфов, – поддакнул я.

Самоцветное ожерелье начинало мне нравиться: надо же, люди-люди, а светлые проблески случаются!

– Как у эльфов, – невозмутимо согласился Сомхэрл, сделав вид, что это была не шпилька.

 – Но я не об этом. Так вот, там принято, что родители дают ребенку только второе имя. Первое нарекает Оракул. Ему приносят младенца, он смотрит, и, как верят местные, видит его суть. Основу. Ту совокупность черт и качеств, которые не зависят от воспитания, а, по тамошним верованиям, дана человеку от рождения. У них считается, что это имя – маяк. Оно поможет человеку найти дорогу к себе, потому что определяет его личность.

Он покачал вино в бокале, не спеша делать новый глоток, а просто сосредоточенно наблюдая танец серебристых искр в темном водовороте.

– Знаешь, что означает имя этой девицы?

– Ласточка? – я тоже сделал глоток вина и полюбовался бликами на его поверхности.

– Она и тебе сумела это продать? – хмыкнул Сомхэрл. – Оракул нарек ее Даркнайт, темная ночь.