Ночь в твоих глазах

– Кстати, о «никогда», – оборвала я развлекающегося темного, – Сроки встречи тоже нужно обозначить конкретно. Допустим, завтра.

Темный убавил веселья, и вздохнул:

– Я доставлю тебя к Тауре Роше, дам возможность увидеться с ней и поговорить, после чего верну туда, откуда привел. Во время этой встречи и в пути туда и обратно я обязуюсь обеспечивать твою безопасность. Но, Ирондель, я не всесилен. По закону вы друг другу никто, и, если я попытаюсь действовать официально, светлые родичи не упустят случая отказать темным, так что придется задействовать обходные пути, а на это потребуется время… Думаю, не меньше декады.

Я молча кивнула. А потом добавила:

– Что ж. В таком случае, распорядись, пусть хозяин подаст писчие принадлежности – я готова приступить к исполнению своей части сделки. И, раз уж мы тут обмениваемся профессиональными секретами, может, поделишься, на чем я погорела с вашей сокровищницей? – с самым невинным видом закинула я удочку.

Темный улыбнулся и покачал головой.

Что ж, я и не рассчитывала всерьез получить ответ! Просто по моим расчетам меня никак, ну никак не могли засечь – и теперь меня гложет любопытство, в чем ошибка?

– Хорошо.

Что? Сердце замерло в восторге: да не может такого быть!

– Хорошо, Ирондель. Приноси клятву верности дому Алиэто, и получишь ответы на все свои вопросы!

С-с-с… Сказала бы я, кто ты, Мэлрис эль-Алиэто!

Но вместо этого лишь сухо уточнила:

– А не велика ли честь?

– Вовсе нет, – легко откликнулся темный, подавая мне руку, которую я бездумно приняла, и помогая встать.

Я растерянно моргнула, пытаясь понять – он это серьезно? А еще – для чего мы встали.

В следующий миг темный подхватил меня на руки и по коже побежали мурашки от ощущения разворачивающегося рядом портала.

* * *

Сначала меня поставили на ноги, а потом я уже проморгалась от пляшущих перед глазами разноцветных пятен (калейдоскоп – подарок от принудительного межмирового перехода, не благодарите!) и восстановила сбитое дыхание. Темный терпеливо придерживал меня за талию эти несколько секунд, но, как только убедился, что я стою на ногах твердо, руки убрал.