Колымские повести (трилогия)

Ополоснулись водой из шланга. Сели к огню.

– Я законно жрать хочу! – возвестил Степан.

– Калачей нет, – пошутил Нюкжин.

– Пройдет и так.

По тому, как утром Нюкжин не обнаружил в казане вчерашних макарон, а их оставалось немало, сомнений не было: Донилин и Кочемасов позавтракали, причем плотно. И правильно сделали. Какая работа на пустой  желудок?! Но Степан и Кеша уминали кашу так, будто на самом деле работали без завтрака.

Чай пили не спеша. Но Донилин засиживаться не дал.

– Пошли… Закончим.

Измазанные мокрой глиной колонковые трубы лежали рядком. Степан начал с последней. Он выдавливал из нее грязную глиняную колбаску, а Нюкжин бережно подхватывал ее по частям, и запечатывал в конверты из бумаги-крафт с прокладкой из восковки.

Пакеты выстраивались длинной вереницей. Лицо Нюкжина сияло. Посветлел и Степан. И Кеша улыбался. Они видели, что Иван Васильевич доволен и чувствовали себя сопричастными к его работе, вероятно нужной. Ведь не кататься же он поехал по болоту!  А Виталий смотрел разочарованно.

– Одна глина, – сказал он.

– В Западно-Сибирской низменности тоже,  казалось, одна глина.  А сейчас оттуда идет половина добываемой в Союзе нефти.

– Значит, мы нефть ищем?

– Не обязательно. Для начала просто надо знать, что под ногами.

– Болото под ногами.

Снова пили чай. Балагурили.

Потом занялись обустройством вездехода. Переместили бочку с бензином в переднюю часть кузова. Не срочный груз поставили на дно.

Кошмы,  палатки, спальные мешки, рюкзаки с  личными вещами положили сверху, обложив ими  рацию и "спецчасть".  В корме кузова оставили свободное место, туда сгрузили моторы, лопаты, ломы, запасные тросы. Здесь же поставили сбоку ящик под кухню, пока свободный.

К четырем часам отобедали.

– Сегодня далеко поедем? – спросил Донилин.

– Километров пятнадцать.

– Тогда ехать надо. Еще скважину пройдем.

– Куда гонишь? – спросил Виталий.

– А ты что, утомился?

– Не утомился, а рабочий день кончается.

– Значит на севере рубль длинный, а день?.. короткий?.. Я дело люблю. И чтобы азарт в деле…

– И чтобы "стакан"! – поддел Виталий.

– И чтобы стакан, – согласился Донилин. – Он, сердешный, очищает.  Нюкжин насторожился. Подумал, Виталий и Степан опять схватятся. Но Кеша осадил их:

– Кончай заседание! Не в Академии наук!

Все засмеялись. А Нюкжин решил, что они притерлись.

– Поехали! – сказал он.

Сложили кухню.