Колымские повести (трилогия)

Кузов затянули брезентом, закрепили веревками. Поверх брезента положили треногу, подстелив под нее кошму.

– Готово! – подвел итог Кеша.

Нюкжин сел в кабину, разложил на коленях карту. Донилин и Кочемасов  забрались наверх.

– Кеша! Поглядывайте по маршруту. Не везде можно по азимуту.

– Понятно! – отозвался Кеша.

И вот место, где они ночевали,  жгли первый костер,  справляли "товарищеский ужин" и бурили – позади!  Они словно отчалили от родного берега.  И вернутся ли еще сюда, к сараю?

"Ребятам, видимо, придется", – подумал Нюкжин, но как о чем-то очень далеком.

Глава 2

В небе тянулись птичьи стаи. Они держали курс на север.              "Куда же они летят? – думал Нюкжин. – Там еще снег."

А птичьи стаи все летели и летели. Вероятно, они лучше знали – куда! Они летели и как будто несли с собой тепло. Снег не просто таял, он сбывал просто на глазах. Ледяные линзочки озер подходили водой, но они ехали по-прежнему напрямую, сокращая путь и испытывая удовольствие риска. Иногда Нюкжину слышался подозрительный треск под гусеницами, и однажды, когда они съезжали с озера, лед у самой кромки  берега обломился.

Они выскочили на сушу, обдав сидящих наверху всплеском воды.           Виталий притормозил. Нюкжин выглянул: как оно?

Кеша улыбался:

– Лихо вы!

"Не лихо, а глупо!" – подумал Нюкжин и запретил съезжать на лед.

Бывает и так…

Так они ехали и третий день, и четвертый, и пятый, наблюдая, как сбывает снег, как лед на озерах уступает воде, как возникают и ширятся полыньи…  И когда вечером шестого дня вездеход подошел к очередному, намеченному под стоянку озеру, оказалось, что льда на нем уже нет.

Остановились на  высоком глинистом бугре,  поросшем лиственницей.  Прогретая солнцем земля кое-где даже подсохла.

– Здесь и палатки поставить можно, – сказал Нюкжин.

– Суше сейчас нигде не найдем, – подтвердил Кеша.

Он сразу хозяйственно взялся за топор и направился вырубать колья для палаток и очага, а заодно присмотреть сушину на дрова.

Донилин с помощью Нюкжина и Виталия снял треногу, потом они расчехлили кузов, достали палатки.

Моховой покров выделял  влагу. Накидали ветки стланика, постелили брезентовый пол, на него резиновый надувной матрас. И сверху кошму и спальный мешок.

– Королевское ложе! – сказал Нюкжин и предложил Виталию, – Располагайтесь рядом.

– Я буду ночевать в кабине, – ответил Виталий.

– Зачем? Неудобно же!

– На земле сыро.

Степан засмеялся.