Небо выше облаков

Ты знаешь моих родителей, они обеспеченные люди и не откажутся помочь с отдельным жильем!

Волнение вот-вот готово взять надо мной верх, и я замираю на короткую паузу.

– Я усыновлю мальчика, найду квартиру, чтобы близко и удобно, чтобы садик и школа, и чтобы опека видела. Постараюсь убедить последнюю в том, что ты живешь с нами. Если согласишься, обещаю не вмешиваться в твою жизнь и не тревожить, как не тревожила до сих пор. Ты волен жить, как жил! Быть свободным и любить кого хочешь. Твое участие необходимо на этапе усыновления.

А через год или два разведемся, тогда Андрюшка уже будет со мной. А когда он подрастет, я все ему объясню. Он очень понятливый, только тихий.

– Расскажи мне о нем, я хочу знать подробности. Обо всем расскажи.

И я рассказала.

Мы еще долго сидели вдвоем, а позже гуляли по скверу. А потом…

– Я не тороплю с ответом, Андрей. Подумай о моем предложении наедине. Столько дней, сколько тебе понадобится. Возможно, об условиях. Я готова принять любые, и буду очень ждать твоего звонка, но если откажешься – пойму.

Ты выслушал, а это уже много значит для меня.

* * *

Но проходит всего ночь, а я уже не нахожу себе места. Вспоминаю разговор в кафе и встрепанную фигуру Шибуева. Черный взгляд и длинные пальцы хирурга, растерянно отводящие со лба темные пряди волос.

Мысленно ругаю себя и Рыжего. Опеку. И вновь себя. А что, если он откажется? Не позвонит? Да, в прошлом мы слыли шутниками, отвязными подростками, но вчерашний разговор и близко не походил на шутку.

Андрюшка, словно чувствуя мои переживания, поглядывал с осторожным интересом. Долго не отпускал руку, когда пришло время прощаться.

– Не уходи.

– Я обязательно вернусь, солнышко. Ты же знаешь. Вернусь!

Детские руки на шее удерживают крепче любых цепей.

Ему не стоит бояться, мне уже никуда не уйти. И все же я не бросаю обещаний, не говорю ребенку, что заберу его навсегда. Новую жизнь нужно начинать с поступков.

Когда Шибуев позвонил – в трубку не дышала, так боялась услышать ответ.

Прошел день, всего лишь день…

– Привет.

– Здравствуй, Андрей. Ты…

– Я согласен, Уфимцева.

– Правда?! – не сдержалась. – Спасибо!

– Но у меня есть условие.

– Какое? Ты хочешь расписку?

– Нет. Независимо от того, фиктивный у нас брак или нет, ты возьмешь мою фамилию.

– Но… зачем, Андрей? – сказать, что я удивлена – значит, ничего не сказать. Однако обещание есть обещание, и я об этом помню.

– Света, это не обсуждается.