Осколки тебя. P.S. Навсегда

Он не дурак, и болезненно бледнеет, увидев в моей руке оружие. Проведя параллель с прошлым, догадывается, что происходит и затыкается.

У того человека, с которым я говорил на пустыре, отсутствовали пальцы на обеих ногах. Хиггинсу вслед за членом я отстрелю башку.

Компромат на богатого развратника, которого ублажает молодой гей, должен быть правдивым, и парень перед толстяком старается. Его друг щелкает камерой, и фотографии, а затем и видео выходит, что надо. Когда все заканчивается, я показываю Хиггинсу на штаны и на документ, который с ручкой лежит на столе:

– Подпишешь, и можешь убираться.

И не вздумай шутить с подписью, у меня сегодня плохое настроение. Завтра я собираюсь о тебе забыть, а ты забудь о Сэндфилд-Роке и своем желании стать мэром. Больше этот город тебе не по зубам!

В Хиггинсе больше двухсот фунтов, и он грузно оседает на стул. На фоне двадцатилетнего парня, стоящего перед ним на коленях, он выглядит именно той тварью, которой является на самом деле, и он это понимает.

Тому, у кого есть история, трудно сопротивляться природе.

Я достаю деньги и бросаю их на кровать, кивнув на купюры шлюхе, который спокойно стоит у окна и курит с такой рожей, словно это не он только что обрабатывал жирную скотину так, что у того встал. Оставляю Хиггинса со своими парнями, разворачиваюсь и выхожу на улицу. Вставив сигарету в зубы, бездумно иду по ней вперед просто для того, чтобы остудить ярость и разжать кулаки…

Я только что едва сдержался, чтобы никого не избить.

Чтобы не слышать мысль, внезапно толкнувшуюся в сознание и выгнавшую меня из душной квартиры: «А что будет с тобой в следующий раз, Картер? Как далеко ты однажды зайдешь, чтобы остаться на темной половине луны? На что окажешься готов?»

Перед глазами, как много раз до этого, вдруг встает Николас Холт – там, в ночном океане, когда мы друг друга уже не видели, но чувствовали. Когда на пороге игры «Жизнь или смерть» мы вновь сошлись и ненависть вконец захлестнула обоих.

Тогда я ужаснулся тому, что он задумал, и был готов его убить раньше океана… Но не успел.

Он не собирался утонуть – сукин сын Холт! Он был уверен, что выплывет! Потому что опустил в «Шевроле» стекла и снял блокировку замков, надеясь, что вода наполнит салон и даст ему возможность открыть дверь. Я хорошо знал Ника, чтобы догадаться об этом. Нужно быть достаточно сильным, и все получится.