Письма из мая

Вспомнились слова из письма его дочери: «…как психиатр он так себе, не его это…» Тут я не мог с ней не согласиться.

Я заварил себе кофе и вскрыл второе письмо. Каково было моё удивление, когда на белом листе, сложенном в несколько раз, было написано только: «Целую. Твоя Вайлет. С любовью из мая. 2». Я перевернул письмо – на обратной стороне тоже пусто. Заглянул в конверт, там тоже ничего.

Я достал третье письмо. Распечатав его, я был загнан в тупик: с ним была та же история, как и со вторым.

Это какая-то злая шутка? Я достал четвёртое письмо, и в нём нашлись объяснения двум пустым конвертам.

«Скучал?

Ты, наверное, в недоумении, почему два конверта пусты? Отвечу: я была в не лучшем настроении. Не могла выдавить из себя и строчки, так погано было на душе. Знаешь ли ты, что душа может болеть? Я вот знаю не понаслышке.

Моя душа прошлых два дня разрывалась на осколочки. И как будто каждый осколочек впивался в мою телесную оболочку. Я не покидала свою палату, наблюдая за папиными больными из окна.

Они, как неприкаянные души – призраки, блуждали по больничному парку, никому не нужные.

Мне жаль их, искренне жаль.

Сегодня я выехала в парк сама. Напомню, если ты забыл: я инвалид-самоубийца. Мне захотелось поговорить с кем-нибудь из них: меня заинтересовали струны их душ. Но с кем там было говорить?! Каждый из них находился в своём мире, и никто не подпускал меня – чужачку, не способную передвигаться на своих двоих.

Мне удалось поговорить лишь с одним парнем.

Позже я узнала у медсестёр, что у него депрессия – а я-то всегда считала, что это слово просто стало мейнстримом, и его использовали наряду с иными модными словечками. Но парень действительно был в подавленном состоянии, мне стало даже как-то горько за него. Звали его Аркаша и ему было двадцать лет. Это я узнала не от него. Сам он односложно отвечал на мои вопросы. «Ты в курсе, что находишься в психушке?» – спросила я. Он кивнул. «А чего ты здесь?» – «Доктор говорит, что у меня депрессия…» – «Но депрессия обычно осенью», – ехидно поддела его я, он не ответил. «А как ты думаешь сам, что с тобой?» – «Я просто устал от жизни…» – «В свои-то восемнадцать? На больше ты не выглядишь!»

На этом своём замечании я запнулась – а сама-то?! Но потом стала искать оправдание своей усталости от жизни – у меня были причины! Может, и у него были свои причины?

«А как эта твоя депрессия проявляется?» – я не отставала от него.