Я хочу стать Вампиром…

Нам уже пора ехать? – Он говорил не поворачиваясь, сам толком не понимая, почему.

– Да, хотелось бы добраться до восхода. – Она лениво потянулась и встала.

– Тебе же все равно, светит солнце или нет.

– Отчасти это верно, но такие приключения отнимают много сил. А еще я просто терпеть не могу солнечный свет.

– А нам правда нужно ехать?

– Нужно. Если ты не передумал.

Пауза была не случайной, связь создателя и его создания чрезвычайно сильна, эти узы остаются в вечности и только их и признает время, когда прогуливается в поисках очередной жертвы.

– Вот уж нет. – Гедалья наконец повернулся к ней, на его шее так и остались отметины от пронизывающего поцелуя Эфрат. Он чувствовал это, потому что каждый поворот головы отзывался ноющей болью. – Не заживает. Почему так?

– Она древняя, – ответила Шири. – Все, что слетает с ее губ, попадает в самое сердце, а то и глубже.

– Звучит интригующе. – Он ухмыльнулся и слегка приподнялся, чтобы понять, будет ли кружиться голова, но все было в порядке, и только ноющая боль служила напоминанием о прошедших днях и ночах.

По крайней мере, так казалось.

Шири смотрела на него без какого-либо выражения, что случалось довольно часто. Она либо думала о чем-то понятном только ей, либо читала его мысли по мере их появления. Однажды он спросил, зачем она это делает, и Шири ответила, что люди похожи на калейдоскоп красок, они переливаются разными цветами в зависимости от того, о чем думают. Большинство людей одинаково серы или становятся серыми по мере взросления, но дети и те, кто предпочел таковыми остаться, всегда самые яркие и переливаются всевозможными цветами.

Еще она сказала, что таким лучше избегать компании большинства, ведь что то, а силу и энергию серая масса чувствует сразу, и реагирует, как и всякая другая примитивная форма жизни – стремится уничтожить чужака, опасаясь его превосходства. Собственно, так они с Шири и познакомились, она появилась в нужное время и в нужном месте, чтобы встать между ним и куда как менее приятной перспективой. С того дня Шири часто смотрела на него вот так, безо всякого понятного людям выражения, молча, иногда она улыбалась. Но сейчас был не тот момент.

– Говорят, у каждого из нас, – и произнося «нас», она имела в виду не людей, – есть своя особенность, некое умение, которое объединяет нас в кланы и постепенно проявляется все ярче, в зависимости от того, какой стиль жизни мы выбираем.