Я хочу стать Вампиром…

– Как определяют эту особенность?

– Если твой взгляд научится проницать материю, ты увидишь, что и я и Эфрат одного цвета, противоположного людям, но у каждой есть свой оттенок. Похожие оттенки притягиваются и усиливают цвет друг друга, так образуются кланы. Нельзя сразу сказать, какой особенностью мы обладаем, это становится понятно в процессе общения, с течением времени.

– И сколько времени может пройти мимо, пока вы это выясните?

– Не знаю. Но ты лучше взбодрись и улыбнись, а то время может пройти мимо тебя.

 – Шири бросила в него шейный платок и отправилась собирать вещи.

– Так, мне вроде того и надо? – рассмеялся Гедалья. Он поднялся с кровати и пошел за ней следом.

***

Аэропорт был безлюден, как и ожидалось. Шири любила маленькие города, и хотя они сейчас покидали шумную столицу, для нее этот город всегда был своего рода миниатюрой, способной уместиться на ладони. Она видела много городов, какие-то стояли до сих пор и продолжали притягивать людей со всего света, а какие-то сохранились только в ее памяти.

Только подумать, насколько легче была бы работа по восстановлению истории человечества, согласись последнее хоть чуть-чуть унять свое эго, не устающее называть людей единственной и уникальной вершиной эволюции. Но куда там. Только посмотрите, с каким пренебрежением некоторые их них скользят взглядом по паре, сидящей в темном углу почти без движения вот уже больше часа. Что только Шири не слышала из разных уголков мыслей окружающих, впрочем, несложно догадаться, какими оскорбительными эпитетами обыкновенно награждают молодую девушку, не стесняющуюся ни своей силы, ни красоты своего спутника. Ассортимент таких комментариев не меняется столетиями.

Но ничего из того, что они слышали, не мешало наслаждаться обществом друг друга. Шири с комфортом расположилась, вытянув ноги на сиденье напротив, а Гедалья сидел, положив голову на ее плечо.

– Дарлинг, – Гедалья лениво повернулся к Шири, – посадку объявили.

– Да, я слышала.

– Наши планы изменились?

– Нет.

Мне просто как-то грустно уезжать.

– Да брось, мы совсем скоро увидимся с ней снова.

– А ты уже скучаешь? – чуть тише спросила Шири.

Гедалья ничего не ответил, ему не особо хотелось обсуждать ни новую знакомую, ни что бы то ни было еще. Почему – он сам толком не понимал, словно что-то тяжелое и мрачное появлялось рядом с ним, когда в его мыслях возникал образ этого вечного подростка.

Они поднялись и присоединились к очереди на посадку.