Под маской моего мужа

Но я-то знаю своего мужа! Ревнует к Георгу…

Вилка в пальцах Романа вот-вот согнётся пополам, потому что периодически они белеют. Но я умоляла его никогда не провоцировать отца и не вступать в перепалки. И он обещал мне…

Да, теперь у меня снова появился некто ценный, и я очень боюсь, что отец отнимет его в назидание за мою непокорность. Боюсь до ужаса. Поэтому я покорная и вежливая, блять, дочь. И вроде бы всё идёт неплохо. Но я чувствую – что-то назревает. Все переглядываются…

Отец сидит во главе стола, Рита напротив.

С одной стороны мы с Романом: я ближе к отцу, он – к Рите. Напротив меня Георг. Место рядом с ним пусто… За столом тишина, только негромкий стук вилок о тарелки.

– Георг… – решаюсь я разрядить обстановку и чувствую, как мышцы на бедре Романа под моей рукой напрягаются.

Георг переводит на меня взгляд.

– А почему Вы один? – улыбаюсь я ему вежливо. – Где Ваша жена?

– С недавних пор я в разводе, Лерочка.

Внимательно прищуривается, не отпуская мой взгляд.

– Оу… – тушуюсь. Разрядила! – Я не знала. А как давно?

– Два месяца уже.

– Сожалею… – опускаю я глаза.

– Не о чем.

Мягкая улыбка, но всё равно немного кривая. Приросла…

Напряжение возрастает. Мне кажется – сейчас начнут лопаться лампочки и бокалы. Он сидит напротив меня, и мне сложно отыскать точку приложения взгляда так, чтобы не пялиться, но и откровенно не отворачиваться от него. Застываю глазами на его цветастом стильном платке, торчащем из нагрудного кармана.

Георг одевается в итальянском стиле. Лаконично, но всегда есть какое-то яркое пятно, что-то вычурное. Отец гораздо проще. Он вышел из бандитов. Прямолинеен и жесток. Но Георга побаивается…

Гость чуть дальше от себя отодвигает чашку, складывая на неё вилку и нож. Отец знакомым небрежным жестом показывает, чтобы убрали со стола лишнее.

– У тебя отличный повар, Дамир. Если уведу – не обижайся, – шутит Георг.

– За повара – не обижусь! – тоже как бы шутит в ответ отец.

– Вина?

Георг смотрит на мой практически опустевший фужер.

Прислуга за моей спиной тут же реагирует. Но Георг поднимает останавливающе руку:

– Я сам…

Наполняет бокалы мне и Рите. Мужчины пьют напитки покрепче.

– Прислуга – это прекрасно. Но когда вино наливает мужчина… – бросает Рита взгляд из-под густых ресниц на Георга. – Оно вкуснее стократ!

Рита – спец по отсасыванию чувства собственной важности у мужчин. И теперь желваки играют на лице отца.