Границы памяти

– Знаешь, где? Генрих тебя подвезёт.

– Да ладно, сама доберусь.

Ещё одним поцелуем, Марк и женщина попрощались.

Возникло расплывчатое знакомое лицо. Каштановые кудри, морщины, унылые серые глаза.

«Всё что угодно, лишь бы не оно!»

– …Ди …Эдди …Фредди, очнись! – она трясла его за плечо. – Фредди, что случилось?

Он только что понял, что лежит за креслом у батареи.

– Где он? Где он, Бетти?!

Раньше Лиза ненавидела, когда Фред называл её Бетти, но за много лет привыкла.

– Почему у тебя швабра в руках?

– Швабра?! Это не швабра, это ру…

Берроу посмотрел на себя.

К его ужасу, Бетти была права: он действительно держал в руках не оружие, а самую обыкновенную швабру. Никакого нитроглицерина тоже не было.

– Вставай. Вставай, Берроу. Дай мне руку. Ты принимал таблетки? Смотри мне в глаза! Принимал?!

– Я завязал.

– Врёшь! – Бетти ударила его по щеке. – Хватит врать мне!

– Я клянусь, я завязал! Чёрт, – он бросил швабру в стену. – Послушай меня.

– Хватит, Берроу, – в слезах, мачеха Стоунер ушла в соседнюю комнату.

 – Просто, хватит, – сказала она нарочито спокойно и захлопнула дверь.

– Бетти! – он забарабанил в дверь.

– Уходи, Фред! Уходи, куда хочешь! Я не хочу тебя видеть. Я не хочу, – Бетти выглянула из комнаты. Под глазами у неё распухло и покраснело. – Я не хочу, чтобы ты дольше оставался в этом доме.

– Бетти.

– Вон!

– Бетти, открой.

– Вон, я сказала! Вон! Убирайся!

На лестничную клетку полетели одежда, диски, плеер, ноутбук, гитара, чемодан, сорванные со стены постеры Black Metal групп, пара гантелей и нелепо смотревшаяся в этой куче пижама.

Последней вылетела и скатилась по грязной лестнице зубная щётка.

Стоунер тут же заперла железную дверь.

– Я завтра же сменю замки. Так что, не смей приходить! Если увижу тебя на районе, вызову полицию.

– Бет…

– Во-о-он!!!

Берроу пожал плечами и принялся подбирать вещи. Ему было не привыкать – он делал это в третий раз. Второй раз так выгоняла его мачеха Стоунер и один раз девушка, с которой он пробовал жить.

Побросав в чемодан всё, что можно было впихнуть, Фредди разбил гитару о перила – яростно, так, чтобы наделать как можно больше шума. Мачеха отреагировала лишь тем, что показала из-за двери известный жест, и снова заперлась на все замки.

В последний раз Фредерик прошёл мимо почтовых ящиков и горшка с экзотическим растением, что, непонятно для кого, украшал подъезд, и вышел за стеклянную дверь.