Топографический кретин

Не думал, что могу быть таким жалким, не думал, что стану посмешищем для самого себя. Думал, что вполне уже состоявшийся муж – в обоих известных мне смыслах этого слова. Бывалый такой, много чего повидавший, много чему научившийся, много всего перебравший и нашедший наконец то, что будет теперь вовек.

Думал, что этого не разрушить и не отнять. Но еврейское счастье крепко держит своего шлемазла.

Отскок. Ожог

Однажды в лондонской электричке: рано, тесно, и не сесть. В ритм мягких покачиваний слипаются глаза.

Из сомнамбулического состояния вырывает прикосновение чего-то горячего, почти обжигающего. Вырывает не сразу, перед этим успевается подумать: “Что это?” – и даже как будто слегка струсить.

Пугаться нечего: рядом пристроилась невысокая, мне до подбородка, индийская девица, одетая по-летнему, в безрукавку на бретельках. Ее оголенное плечо касается меня в районе пупа, а иногда прижимается массой толпы на полминуты, и тогда мой живот через рубашку ощущает тепло её кожи.

Это ж надо так отвыкнуть от близкого тела – принять за ожог случайное, нечаянное, невинное прикосновение!

В оригинале, на идише, счастье – это нахэс. Ребята, а другого, не такого еврейского, счастья у вас для меня не найдется?

Правописание «цы»

Угол атаки

– Роза Израилевна, а можно спросить?

Шуцык вёл себя настолько прилично, что вызывал подозрения. Даже руку поднял – ну просто пионер всем детям пример.

– Да, Шустиков, можно. Надеюсь, ваш вопрос имеет отношение к теме сегодняшнего урока?

Роза Израилевна Лескер, в отличие от некоторых других учителей, никогда не намекала на свою княжескую родословную, но – единственная из всех – говорила школьникам «вы».

– Ну. Типа того, – Шуцык приподнялся за партой, но стоять пришлось бы на полусогнутых, так что он двинул в проход. И завалился набок, чудом избежав удара виском об угол соседнего стола. Это Жека Мельман под столом придержал его голень своей.

– Не нужно мер возмездия, Шустиков, – тихо, но убедительно попросила Роза Израилевна, стараясь не заразиться восторгом, охватившим класс. – Вы ведь хотели задать вопрос? Пожалуйста, я вас слушаю.

– Ну да, – Шуцык отряхнулся и пододвинул Мелу под нос кулак, исчерченный загадочными письменами. Жека отодвинулся. Кулак подъехал поближе. Жека прикрыл глаза. Шуцык удовлетворился и сунул расписную клешню в карман.