Топографический кретин

 – Ну вот смотрите, Розизральна, есть правило «ча-ща», так? Ещё есть правило «жи-ши», так? А почему нету правила про «ци-цы»?

– Овцы, – с ударением на «Ы», но всё равно не вполне осмысленно вставил Андрюха Мишин по прозвищу Медведь.

– Почему же нет? – косолапую остроту русистка привычно проигнорировала. – Вы разве не помните о том, как цыган на цыпочках цыкнул цыплёнку цыц?

– Ну… чё? – вопрос ошарашил Шуцыка не меньше, чем Жекина подлянка.

– Вы ведь проходили это правило не так давно, неужели так скоро забыли? – вздохнула учительница.

 – В корнях названных мною слов сочетание «цы» пишется через «Ы», во всех остальных – через «И»: цирк, циркуль, циновка, мотоцикл…

– Говорил я тебе, никакой ты не Шуцык, а Шуц-ик, – хмыкнул Яков. – И, а не ы!

– Хоба, в натуре! – обнажил клыки Медведь и одобрительно хлопнул по плечу сидящего перед ним Якова. – Фрэн в курсах!

Яков незаметно поморщился и потёр ушибленное, сделав вид, что стряхивает пылинку.

Не сказать, что без Мишинской похвалы он бы не прожил, да и шлепок мог бы быть полегче, но бригада заднескамеечников пользовалась на районе определённым авторитетом, к которому приходилось тянуться, чтобы не проканать за конкретного ботана.

Конечно, некоторые вещи слегка настораживали Якова, вечного активиста и почти отличника. Сам он, например, не участвовал в засадах на младшеклассников и даже за глаза не называл девчонок биксами. Но тут уж приходилось мириться: к настоящим отморозкам Медвежья стая отношения не имела, хотя и распыляла вокруг себя модный флёр приблатнённости, и членство в этой бригаде – пусть и на ассоциированных началах – Яков считал разумной платой за то, что его самого не трясла на мелочь шушера из соседних школ.

К тому же блондин Гоша Рыбин, он же Белый Кит, лучший друг и сосед по лестничной клетке, был с Медведем на коротком плавнике. Так что Якова, несмотря на его октябрятско-пионерские заслуги, бригада приняла благосклонно, свидетельством чему стал тут же выписанный как бы членский билет, то есть кличка.

Изобрёл которую, разумеется, Шуцык, признанный виртуоз абстрактного мышления.

– А почему Фрэн? – уточнил тогда Яков.

– Ну, типа Яшка – это Янкель, так?

– Ну, например.

– А Янкель – это тот, который скидовай-штаны из книжки про ШКИД. Так?

– Ну, так.

– Не ну, а так! А Янкель – это два слога, тундра! Ян и кель.

– А кто такой кель?

– Да хрен его знает, кто такой Кель, – Шуцык даже рассердился. – Не тормози.