Возможности любовного романа

– За что именно?

– За жизнь, которая неповторима.

Час спустя мы выбрались из полуподвального карибского рая на улицу, где уже стемнело и похолодало. Мы сделали небольшой крюк, чтобы немного проветриться, и вернулись на площадь со статуей святого Флориана. Прожектор, установленный на крыше Нининого дома, освещал купол костела Святого Михаила. В конус этого света попадала и печная труба вместе с дымом, который ветром относило в сторону, так что крыша, казалось, служила съемочной площадкой для какого-нибудь киноэпизода, скажем, для сцены приземления Бэтмена.

Дома мы направились прямиком в ванную. Вместе почистили зубы, забрызгав зеркало белыми капельками пасты, и заспорили о том, кто из нас такой свинтус. Вдруг из комнаты Нины донеслось по-словацки: “Эй, можно потише? Спать не даете!” Мы замерли.

– Она что, не уехала? – спросил я шепотом.

Нина, оторвав взгляд от моего отражения в зеркале, посмотрела мне прямо в глаза.

– Я ее придушу.

– Иди сюда, – сказал я, чтобы предотвратить трагедию.

Нина прижалась ко мне, и я, как обычно, сразу же ощутил ее грудь. Я поцеловал ее в шею и постепенно начал спускаться губами все ниже. Нина успела запереть дверь ванной, прежде чем я усадил ее на батарею и кончил дело ртом.

– Пойдем спать к Итке? – спросил я потом.

– Наверное, – вздохнула Нина. – Подожди, я возьму подушки и одеяло.

Она натянула трусики, отперла дверь, зажгла большой свет и громко спросила:

– Значит, ты не уехала?

– На поезд опоздала, поеду завтра, – сонным голосом ответила словачка.

– В следующий раз хотя бы эсэмэску пришли, поняла? – крикнула Нина и стукнула кулаком по подушке соседки.

Словачка в недоумении приподнялась на локте и произнесла таким тоном, каким женщины общаются исключительно между собой:

– Что, потрахаться не получилось?

Нет, получилось. В ту ночь на Иткиной кровати, в самом сердце резервации молодых католичек, мы впервые занимались любовью. Уже в полусне я проник в нее, в Нину, нас обоих охватила сладостная нега, и я быстро кончил.

– Ты мой каштанчик, – произнесла Нина.

Вышло, конечно, не ахти, но уже на следующий день мы занимались любовью нормально, то есть дольше, чем полминуты.

в предыдущих сериях

Я отвернулся от них, нелепо слепленных вместе, и вышел, смеясь, назад на улицу, чтобы довершить свой обход квартала, живущего, словно в насмешку, до нелепого конкретной жизнью плоти.