Школа негодяев

Он почувствовал движение воздуха и решил, что бывший сосед по купе вернулся за недоеденной птицей, но на низкой полке сидел один из давешних филеров – аккуратненький, как первоклассник-зубрила, с прилизанными, словно набриолиненными, волосами и близко посаженными круглыми, совиными глазами. Будь у него вместо малозаметного тонкого носа массивный ноздреватый клюв, и перед Сергеевым сидел бы натуральный филин, а так получился не филин – настоящее недоразумение, не тянущее даже на совенка.

– Здравствуйте, Михаил Александрович, – поздоровался он на русском и пригладил рукой безукоризненно лежащие волосы.

– Чем обязан? – спросил Сергеев, решив не пререкаться из-за имени, стоявшего в паспорте. Было и так понятно, что всё ребятушки уже знают, пробили по базе фотографий после получения скана, сопоставили – благо, компьютерные программы распознавания у них есть, поляки постарались. Интуиция не подвела – Роман Иванович таки отправил на всякий случай комитет по встрече.

– Его превосходительство полковник Шалай передает вам привет, и поручил нам сопроводить вас до Лемберга со всем почтением.

– Так вы мои телохранители, что ли? – усмехнулся Сергеев.

– Так точно, Михаил Александрович, – легко согласился Совенок. – Телохранители. Времена неспокойные. Его превосходительство за вас переживает – мало ли что может произойти в дороге?

– Его превосходительство заботливое, – сказал Умка серьезно. – А по приезде, конечно, Роман Иванович ждет меня у себя?

– Несомненно, Михаил Александрович! – Совенок иронии не почувствовал или почувствовал, но не показал виду.

– Мои планы его превосходительство не волнуют?

– Трудно сказать. Обычно его превосходительство очень заняты. Даже во время завтрака.

– То есть – мне оказана честь?

Совенок не ответил, только чуть склонил голову, что должно было означать согласие.

– Ну и хорошо… Хоть позавтракаем со старым знакомцем.

– Распоряжения, Михаил Александрович? Пожелания? Я смотрю, ваш сосед помещение освободил? Может быть, ужин? Или желаете попутчицу?

Совенок улыбнулся краешком узкогубого рта.

– И как далеко могут простираться мои желания? – осведомился Сергеев.

– Фактически безгранично, – ответил гость, не мигая. – В разумных пределах, разумеется…

– Хороший русский. Без акцента. Что ж так непатриотично?

– Так мы с вами коллеги, Михаил Александрович. Из одного ведомства.