Партизанка, или Как достать начальство

Мне по секрету в отделе кадров рассказали, – добила я и отвернулась, скептически разглядывая грязное окно.

Теперь она побежит пересказывать нашему общему начальнику мои слова. Еще и приукрасит. Как представила, как Василий Михайлович побагровеет от злости, сразу на душе стало радостно. Так тебе и надо, гад. Уволить – не уволит. Послать – не пошлет. Жизнь, конечно, подпортит, так после вчерашнего он бы ее в любом случае портить стал. А так – может, перестанет голодными глазами в вырез блузки заглядывать. Бабник!

– Тамара Сергеевна, а в этом кабинете давно убирались? – поинтересовалась я.

– Вчера.

– Тогда может стоит вызвать уборщицу, чтобы она прибралась еще раз, под моим чутким руководством? Гляньте, сколько пыли. У меня легкие слабые с детства.

Секретарша на мгновение зависла с широко распахнутыми глазами и выдала:

– На больничном она. Неделю как.

Ах ты, змея подколодная! Врет и не краснеет.

– А вчера она выходила по доброте душевной?

– Э-э-э, да, – поняла, что прокололась тетка, но решила не сдаваться.

Я же нервно бросила сумочку на стул. Взяла выданные ключи от кабинета и, пыхтя от злости как паровоз, весело сказала:

– Отлично! А теперь ведите в бухгалтерию. Нужно срочно узнать оклад уборщицы.

Вытолкала из кабинета опешившую Тамару Сергеевну, захлопнула дверь, повернула ключ в замке и улыбнулась самой кровожадной улыбочкой.

– З-з-зачем вам оклад уборщицы? – слегка заикаясь, спросила женщина.

– Как зачем? Премию ей выпишем за самоотверженность. Человек на больничном и такие жертвы, как выход на работу, должны поощряться.

Заниматься формированием фонда оплаты труда – это теперь моя непосредственная обязанность, а к обязанностям я отношусь очень ответственно, – продолжая улыбаться, сообщала ей я, с удовольствием глядя, как бледнеет лицо собеседницы.

Секретарша решила промолчать от греха подальше и засеменила впереди по коридору в сторону бухгалтерии.

В бухгалтерии, в отличие от моего нового кабинета, была чистота и порядок. Даже плошки на подоконниках стояли.

Какой же женский коллектив без цветов и кактусов. Бухгалтеров было всего пятеро. Четыре женщины предпенсионного возраста, что меня уже и не удивило, и кудрявая девушка чуть старше меня. Оказалось, что именно она и есть главный бухгалтер. Звали ее Елена Стрельцова. Секретарша чинно называла ее не иначе как Елена Васильевна. На мой удивленный взгляд главбух рассмеялась и заговорщическим шепотом сказала:

– Меня тоже прислали с городского офиса.