Бабочки зависти

 – Ты сильно проголодалась? Может, для начала заедем в кафешку? А то дома пустой холодильник!

– Ты на диете? – с улыбкой поинтересовалась я.

– Нет! – рассмеялся Федор. – Просто я только что переехал. Дом абсолютно новый. Но это жилье со встроенной техникой и с минимумом необходимой мебели.

– И кондиционеры? – обрадовалась я, глядя в окно на идущую мимо машины пару.

И девушка и юноша были одеты одинаково – короткие шорты, спортивные майки и вьетнамки. Оба были в бейсболках. Но в такую жару это было оправдано.

И я порадовалась, что послушалась Аллу. А то моя мама настаивала, чтобы я вырядилась в строгий брючный костюм, да еще и белую парадную блузку надела, уверяя, что я должна выглядеть прилично, элегантно, и дед это сразу оценит. Ох, уж эти провинциальные представления о приличиях!

– А как же! – кивнул он. – Кондеи здесь первым делом ставят. Климат-то роскошный! Зимы, как таковой нет. Температура не опускается ниже плюс одиннадцать. Рай! Поэтому и решил сюда рвануть.

– Да ладно! Ты же давно в Испании обосновался.

Можно подумать там холодно! Темнишь ты, дедуля. Давай, колись!

– Сленг какой у тебя… корявый, – заметил он и вздохнул.

– Алла тоже ругает за такие слова, – ответила я. – Но у нас все так говорят!

– Знаешь, внучка, давно понял, что лучше быть индивидуальностью, хотя, несомненно, легче быть как все! Хорошо, раз ты спрашиваешь, – после паузы добавил он. – Да, мы решили пожить отдельно. Устал я как-то от моей нынешней супруги. Видимо, возраст уже таков, что необходимо личное пространство и, главное, чтобы никто над душой не стоял.

– И ты решил сбежать от нее в другую страну? – расхохоталась я.

– Именно, – улыбнулся дед. – Имею я право на отдых от семейной жизни? Тем более моя нынешняя жена моложе меня на двадцать лет. А у тебя как с личной жизнью? – неожиданно спросил он.

Я смешалась, жар прилил к щекам. У нас в семье никто и никогда не лез в душу. И только Алле позволялось задавать мне подобные вопросы.

Но я дружила с ней с самого детства и доверяла полностью. А тут какой-то малознакомый мужчина, пусть и мой родной дед, задает такие интимные вопросы. Раздражение охватило против воли, я уже открыла рот, чтобы ответить в своей обычной резкой манере, но он так искренне улыбался, его взгляд показался мне таким добрым и сочувствующим, что я взяла себя в руки и тихо ответила:

– Никак! Дед, ты разве сам не видишь? Я же уродина! Толстая, прыщавая, неинтересная.