Юноша с татуировкой лотоса

Она была практически прозрачна, сквозь ее тело четко проступал пейзаж.

– Я ненадолго, – прошелестел ее голосок, – моя госпожа Чан Э заходит, пламенный.

– Янь – ди, бог Солнца, ее подавляет и поднимается все выше…

– Где Лия? – перебил ее Илья – Ты знаешь? Говори же скорей, пока совсем не исчезла! Я уже с трудом различаю твое личико.

– Даолао, слуга Хенга, отнес ее в самую глубь лощины. Увы, я была так слаба, что не смогла проследить, куда он спрятал Жемчужную. Да и сейчас мой свет невелик и не сможет пробить плотный туман, – ответила Юи.

– Что же мне делать? Я готов немедленно броситься на поиски моей любимой! Но не могу же я бегать по дну лощины туда-сюда.

– Горный Бог тебе этого не позволит, – испуганно сказала Юи. – Но не надо так волноваться. У моей госпожи есть живая игрушка Юэту…

– Это еще что?

– Это «лунный заяц», – быстро ответила девочка. – Он волшебный и бессмертный, как и богиня Чан Э. И он всегда в силе, независимо от лунных фаз. Я попросила его помочь, именно он укажет тебе дорогу сквозь туман.

Он все видит, все чувствует. Жемчужные – особая каста, почитаемая всеми иными. И каждый считает за честь помочь, если один из них оказался в беде. Но Юэту делает огромные скачки, тебе нужно будет успевать за ним.

– Успею, – пробормотал Илья.

Юи улыбнулась, от нее остался прозрачный, уже почти невидимый силуэт.

– Юэту! – позвала она из последних сил и окончательно растворилась.

Илья глянул на все еще раскрытую ладонь, она была пуста. Он поднял глаза в небо.

Ему показалось, что от еле различимого наклоненного лунного серпика оторвался комок серебристого пуха и стремительно полетел вниз.

В рюкзаке началось какое-то шевеление, и высунулся любопытный нос солонгоя. Он принюхивался, но выбираться не спешил. Илья погладил зверька между ушами, словно успокаивая. В этот момент комок пуха упал перед парнем в траву и замер. На зайца он похож не был. Пушистое существо, покрытое густым серебрящимся мехом, из которого сверкали антрацитово – черные глаза-бусинки, скорее напоминало колобка.

Ни ушей, ни лапок Илья не заметил.

– Привет, – растерянно сказал он и наклонился, чтобы погладить лунного зайца.

Солонгой зашевелил носом, фыркнул и забрался обратно в рюкзак.

Юэту глянул остро в глаза Ильи и покатился по траве вниз по склону. На неровностях он подпрыгивал и уносился по воздуху так далеко вперед, словно это были не кочки, а трамплины. Илья бросился за ним, боясь потерять из виду такого шустрого проводника.