Истории Джека. Том 2

Очень похожие дела Шиповник и ее коллеги до сих пор разбирали у себя наверху, и точно так же выезжали проверять достоверность донесений, как и егерь-маг Гриф, и Нено, и еще многие другие.

– А ты не нашел, что с ними могло случиться? Как они умерли?

– Нет, – покачал головой Унро. – Но последнее по времени, что я нашел, – вот эти два документа.

Он пододвинул ей поближе две бумаги, явно вырванные из папки. Прошение от старосты некой деревни Утицы – длинное перечисление разнообразных событий и жалобы на приезжую ведьму – и ответное распоряжение о выделении отряда из пяти егерей для разбирательства.

Первая – за июль тысяча девятьсот восьмого, вторая – за август.

Ведьму… это надо же. Впрочем, тогда еще много необразованных было, ведьмами всех подряд называли и не отличали от магов.

– А почему бумаги отдельно, не в папке? – как можно тише спросила Шиповник, невольно оглядываясь на Гарброу, которая неподалеку от них сортировала подшивки.

Унро подвинулся ближе и тоже понизил голос:

– По каталогу там должна была быть папка с незакрытыми делами за тысяча девятьсот восьмой, но вся полка в беспорядке.

Бумажки были рассыпаны, а обложки не было. То есть, может, еще что-то было, но уже не найти. За следующий год ничего нет, ни об одном из этих троих.

Шиповник вздохнула: после летних событий во флигеле сотрудники уже не раз находили разоренные или перевернутые полки. И если до появления Леди Гарброу это еще как-то сходило всем с рук, то после – любой беспорядок вызывал негодование архивариусов и долгие разборки.

Шиповник потерла ладонью лоб, вспоминая все, что она знала о делопроизводстве начала века.

– Должны быть каждый месяц отчеты о ревизии дел, – сказала она. – Или каждые полгода? И еще описи…

Унро покачал головой – и то, что он нашел, можно сказать, было чудом.

– Подожди, – вдруг сказала Шиповник. – Ну ведь они наверняка получали жалованье, и списки где-то должны быть.

– А в списках можно увидеть, когда они перестали получать, – подхватил Унро, невольно повышая голос.

– Здесь такое не хранится, – прошелестела Гарброу, о которой они уже позабыли.

Молодая женщина тускло взглянула на них, а потом кивнула куда-то в сторону.

– Все данные о жаловании, обмундировании, обеспечении артефактами и оружием хранятся в хозяйственных службах, – сказала Гарброу. – Мы подали прошение на перевод этих документов в наш архив, но во Вдовьем доме не спешат их отдавать.

Она поджала губы, выражая свое негодование.