Гелий-3

Он приблизил тех, кто отскочил от фонтана и теперь сдирал с себя дишдаши, осматривая предплечья и груди, словно в поисках муравьев или следов ожогов, но ничего видно не было. Один из них на мгновение потерял равновесие и шагнул в запретную зону, после чего пронзительно заорал и кинулся назад, опрокидывая стоявших позади.

В обоих проходах появились приземистые силуэты черных полугрузовых «Тойот Мураками» с установленными на бамперах трубчатыми конструкциями, на которых Норберт заметил по два вогнутых диска, похожих на миниатюрные спутниковые антенны, которые грозно смотрели перед собой, словно покрытые бельмами глаза.

Будучи профессионалом, он продолжал невозмутимо держать кадр, подобно живому штативу. Но он уже знал, что это МИВЕР, микроволновый излучатель. Обычно их использовала штурмовая полиция для разгона толп. Освещенный лучом человек чувствовал себя так, словно его облили напалмом, но стоило выбежать из зоны облучения, как ощущения исчезали без следа и каких-либо травм.

Воспоминание, однако, оставалось, и с тех пор несчастный при одном лишь виде поворачивающейся в его сторону тарелки излучателя бросал транспарант и бежал как можно дальше.

Оба пикапа въехали за фонтан и, развернувшись на месте, встали рядом, ощерившись дисками излучателей прямо на публику.

С обеих сторон автомобилей высыпали боевики, выбежав перед радиаторами и выстроившись в черную шеренгу – в масках, свободных рубахах цвета сажи, черных тюрбанах, перевязанных лентами с символами в виде держащего АК кулака, обвешанные магазинами и топливными баками, каждый с компактным угловатым автоматом в руках.

Блеск глаз на фоне черноты. Набожные вопли о мести – и над всем этим раскаленное дубайское небо.

Приподнятые борта кузовов «тойот» с грохотом опустились, соединившись в повисший между машинами помост.

Человек, вышедший на жестяную эстраду, был одет так же, как и остальные, но на нем не было маски – лишь тюрбан на голове и густая борода, доходившая ему почти до глаз, словно черное пламя.

Норберт приблизил картинку и хотел прибавить резкость, но это оказалось невозможно – несмотря на отсутствие маски, лицо оставалось слегка затуманенным, словно видимое сквозь фильтр или дрожащий от жары воздух. Из нормальной картинки подобного разрешения удалось бы выделить даже образец сетчатки глаза, но техника, которую тот использовал, этому надежно препятствовала.