Владыка Ледяного Сада. Конец пути

– Много странного, – заметил Ядран. – Нездорового. Плохие люди. Опасно. Странно.

– Знаю, лошадка.

Он надел шлем и вскочил в седло, а потом, когда вынырнули из-под заснеженных веток на открытое пространство, лег на шею коня.

– Что происходит? – спросил Вуко, обращаясь к чуть неровному сугробу.

Боярышник, закопавшийся в рыхлый снег, повернулся к нему, отстегнул полоску меха и кольчуги, закрывавшую нижнюю часть лица.

– Рассыпались. Бо?льшая часть лежит. Тварь обернулась вокруг яйца с Деющей, те несколько Змеев, которые уцелели, выстроились, но боятся подходить.

Филара не видно. Слишком много тел. Некоторые разбежались, могут оказаться где-то поблизости.

Вуко поднял ладонь к козырьку шлема и осмотрелся.

Из леса за его спиной выезжали белые фигуры на лошадях, покрытых серо-белыми чепраками. Еще три шли рысью в сторону пещеры к стоящим там саням, укрытым маскирующей тканью.

Внизу змей, свернувшийся в клубок размером с небольшой бассейн, поднимал голову, грозно поводя ею из стороны в сторону, а перед ним довольно много Змеев собрались в клин и закрылись щитами.

За строем стояли двое в тяжелой броне, сбоку раскачивались несколько крабов. Солнце спряталось в низких тучах – желтоватых и зловещих, – выплывших вдруг из-за отрогов. Начал падать снег.

– Ладно, – сказал Драккайнен. – В строй. Съезжаем. Косо по склону, и едва спуск станет пологим – ударяем, разогнавшись в карьер. Шеренгой. Главное – Филар и Деющая. Змеи менее важны, тем более что осталось их немного. Атака по-гуннски, hit-and-run[1 - Бей-и-беги (англ.

).], как я вам показывал. Поняли?

– Ты всегда это спрашиваешь, – с неудовольствием заметил Грюнальди, дергая плечом. – Словно мы вдруг поглупели.

– Потому что, как доходит до дела, всякий начинает творить, что ему в башку стрельнет, а мы должны действовать вместе. Как отряд. Боже, не верю, что я это говорю.

Они двинулись. Осторожно, гуськом, траверсом по склону. Кони скользили в снегу и порыкивали от неудовольствия.

Среди Змеев внизу что-то происходило.

Один из тяжеловооруженных встал в снегу перед строем, голый до пояса и без шлема, обнажив лысый лоб, спадающий на спину пучок косичек и грудь, покрытую змееобразной татуировкой. Стоял под густым снегом с раскинутыми в стороны руками и, кажется, пел.

Змей же тем временем вился и крутился вокруг саркофага с Пассионарией, словно желал его высидеть, но одновременно он выставил из свернутого клубком тела метров шесть туловища, грозно раскачивая головой.