Магия чрезвычайных ситуаций

Всем оборотням доступна кое-какая магия, не говоря уж о возможностях их второго облика. Очень широкого спектра возможностей.

– Пусть Багира возьмет над ним шефство, – кивнул на рысенка Илья, нашедший-таки в одном из ящиков круг сыра и отрезавший два больших куска.

– Ага, скажи это Багире.

– Одного ж типа существа! Даже кошачьи обе. Почти родственники.

– Что такое шефство? – простодушно поинтересовалась Лети.

– Это пережитки нашего проклятого прошлого. – Кайндел засунула в рот кусок сыра и наклонилась к пушистому комочку на коленях у подруги, но предостерегающее шипение и блеск злых и одновременно испуганных глаз заставили ее отодвинуться.

– Ну и хорошо. Мы поладим, – лучезарно улыбнулась иномирянка. – Будешь мне вместо дочки. Я всегда мечтала о дочке.

– Да, в нынешние времена о ребенке нечего и мечтать.

– И в другие времена тоже. По нашим законам женщина заводит ребенка лишь с разрешения мужа, а мне, чтобы стать замужней, надо, чтоб хозяин выдал меня за соотечественника.

– Хозяин?

Лети смущенно улыбнулась.

– Ну кто тут, в Организации, меня покупал у отца? Кому передал права владения? Или моим хозяином считается вся Организация? Я даже и не знаю…

– Зря ты так это воспринимаешь, – возразил Илья. – Не хозяин, а просто… Ну словом… Нет у нас в мире рабства. Никто не может быть ничьим хозяином.

– Ты идеалист, – улыбнулась Кайндел. – О прежних временах, до возврата в мир магии, можно было говорить о том, что рабство есть, но оно противозаконно. А теперь и закона-то толком нет. Так что понятие это нам отлично знакомо. И – поспорю – где-нибудь в глуши вполне себе в ходу.

– Не разрушай мою веру в человечество! К тому же ОСН ведь признает старую конституцию. Так что на нашей территории рабства нет.

– Вот с этим соглашусь.

Лети с напряженной улыбкой вслушивалась в спор.

– Наши традиции, оказывается, похожи, – заметила она.

– Если говорить именно о традициях, о традиционном обществе, то очень.

– Традиции сейчас в упадке, – весело добавил Илья.

– И не скажу, что это хорошо. Традиции зачастую держат в узде самые дурные порывы имеющего власть человека. Наши народы очень похожи, но мы – лицемернее.

Удивленно покосившись на собеседницу, тверичанин демонстративно промолчал в ответ.