Отвергнутые

– Ты тогда впервые сломал руку, – продолжил Макс за него, вспомнив друга, загипсованного по самую шею.

– Я еще помню, как мы с тобой в солдатиков играли, а они с Арисом рядом на диване глушили водку…

– Абсент, – поправил его Нильс.

– Потом пришла ваша мама, и он дал нам сотку, чтобы мы не сдали его. Мы купили себе чипсов с мороженым, а его всё равно заложили. Помнишь, он тогда грозился прибить нас?

– А потом поклялся, что однажды заложит меня. В тот самый момент, когда я буду этого ожидать меньше всего.

Братан, я почти десяток лет на измене прожил. А он не успел выполнить обещание. Урод он. Рано утром уезжал в свою вонючую командировку, я еще спал. Обещал наушники привезти. Пусть засунет себе эти наушники… Ничего мне от него не надо. Максон, пусть он вернётся и выполнит обещание… Как он мог погибнуть, зная, что я всё еще жду, что он меня заложит родителям?

– Нильс, я могу тебе сейчас сказать заезженные фразы, что время лечит и однажды твои раны перестанут кровоточить. Что жизнь несправедлива.

Что лучшие обычно уходят первыми. Но какой в этом смысл? Никто за тебя не справится с горем. Пока ты сам не сможешь пережить потерю брата, все слова останутся просто словами. Потом, когда-нибудь, ты поймешь, что все мы были правы. Но до этого момента будет больно, горько и невыносимо. Приезжай ко мне, я тебе диван в зале расправлю. Мои против не будут.

– Это я убил его…

– Это МЫ убили его. Ты не вывезешь в одного эту потерю. Не снимай вину с нас. Я мог набрать номер МЧС. Марика.

Или Юта. Но этого не сделал ни один из нас. Мы все по локоть в крови.

– Я читал новости. Там больше двух сотен погибших. Мы не по локоть в крови. Мы в ней с головой. А к утру нас накроет, и мы захлебнёмся.

Нильс отключился, оставив Макса наедине со своими мыслями, поедающими изнутри. Перевернувшись снова лицом в подушку, он заставил себя думать о завтрашней контрольной по алгебре, чтобы попытаться цифрами отвлечь себя от самокопания. Всё, что угодно. Но только не эти мысли, целящиеся прямо в серое вещество внутри черепной коробки.

До рассвета оставалось почти четыре часа. Достаточно для того, чтобы успеть съехать с катушек.

18 сентября. 20:30

Тётушка Полли снова споткнулась о рыжего пушистого кота. Этот шерстяной негодяй нахально пытался стянуть со стола котлету, лапой подтаскивая к себе небольшую эмалированную кастрюльку. Она спохватилась вовремя. Расстояние между мерзавцем и кастрюлькой не превышало нескольких сантиметров.