Десант на Сатурн, или триста лет одиночества

Рюг наклонился было, чтобы его подобрать, но пораженный несуразностью происшедшего, испуганно пробормотал:

– Ирма, похоже, мой фантопликатор сломался…

Ирма не ответила. Тогда он потер лоб чуть выше переносицы, но не ощутил привычной легкой щекотки. Несколько мгновений Рюг стоял, как громом пораженный, а потом подумал невпопад:

«Подумаешь, кошмар – плюнуть и растереть…»

Он посмотрел на себя в темное зеркало окна – ставни почему-то все еще были заперты – и попробовал мужественно усмехнуться. Ничего хорошего из этого не вышло – отражение получилось каким-то кривым, неуверенным в себе.

Оставался только один надежный способ обрести привычную бодрость духа. Сделав несколько упражнений, чтобы разогреть мышцы, Рюг надел кимоно и спустился в тренировочный зал, прихватив спортивный меч-катану. Тренажер, имитирующий спарринг-партнера, уловив приближение человека, развернулся и, не дождавшись, пока тот примет боевую стойку, нанес молниеносный удар. Рюга спасла случайность. Клинок тренажера, сверкнув широкой дугой, зацепился за колонну и, изменив направление, врезался в упругий пол спортзала.

Видимо, орг хотел издали дотянуться до человека и для этого выдвинул единственную свою конечность дальше обычного. Пока Рюг, разинув от изумления рот, пытался сообразить, почему тренажер не предупредил об атаке, тот снова взмахнул клинком, но на сей раз человек успел подставить свой. Свист рассекаемого воздуха, стон металла и брызги осколков. Чертыхаясь, Рюг отшвырнул обломки катаны и кинулся прочь из зала, подальше от взбесившегося механорга.

На кухне, невесть зачем оглядевшись, словно за ним могли здесь подсматривать, он прижал палец к переносице и пробормотал:

– Ирма, тренажер тоже сломался. Разберись, пожалуйста… И завтрак подавай.

Ответа опять не последовало. Рюг пожал плечами, дескать, у старушки и без него хватает хлопот, и заглянул в окно сервировщика – завтрака не было. Он еще раз пожал плечами.

«Пойду к Пэм, может быть у нее…»

Что «у нее» – Рюг додумывать не стал.

Собственный дом показался ему вдруг неуютным и чужим. Как был, в кимоно и босиком, он выбежал на улицу.

Маленькое белое солнце уже вовсю пламенело в сиреневом небе. Напоенный хвойным ароматом воздух был необычайно холоден, на траве сверкала изморозь. Рюг поежился. Сообразил, что бежать придется по инею, но за обувью возвращаться не стал.

Хутор просыпался. Неугомонные близнецы Фо и Джи носились в своем дворике, поливая, друг дружку из бластеров-брызгалок.