Третья концепция равновесия

– Значит, правда, – удовлетворенно заметил Фомич. – Вы знаете, Кеша, я ведь давно за вами наблюдаю.

– И этот тоже наблюдает, – недоуменно проворчал Лукреций. – Что-то я стал слишком популярен.

– Я очень рад, Кеша, что в вашем лице, заметим, единственно нормальном лице во всем Секторе, я нашел твердого и непримиримого борца с принятой в нашем Управлении Концепцией Равновесия. Я не ошибаюсь?

– А клюпы его знают, – окончательно запутался Лукреций.

– Вот-вот. Видите ли, Кеша, бытие вещей есть их представление.

А теперь посмотрите вокруг, что там видно, что, так сказать, представляется? Правильно, одни красные карлики, миллиарды красных уродцев, болезненно-красное пятно на теле Галактики, величиной в целый Сектор, – Фомич откинулся в седадле и как-то отрешенно, с признаками брезгливого недоумения, посмотрел поверх головы Лукреция.

Казалось, он созерцал то ли голограмму Верховного Спонсора, то ли панораму Сектора, побитую красными точками красных карликов, как изъеденный молью пиджак.

Но, спохватившись, добавил: – Но зачем же вы взяли деньги? Борьба за справедливость – дело бескорыстное!

– Мне без денег никак нельзя, – угрюмо пробормотал Лукреций. И, используя редкое жаргонное словечко «человек», пояснил: – Я человек пьющий.

Это объясняло многое.

– А, понимаю, понимаю. Вынужденные обстоятельства. Я, помнится, в детстве тоже… – Фомич, правда, имел в виду вовсе не питие, а напротив, именно вынужденные обстоятельства. – Впрочем, к делу это не относится.

Фомич замолчал. Молчал и Лукреций, сосредоточенно разглядывая панорамные пейзажи различных секториальных достопримечательностей. Молчание все затягивалось. Наконец, Лукреций не выдержал.

– Ну так что же, босс? – и вернулся к рассматриванию достопримечательностей.

– Я понимаю, Лукреций, что возможности ваши невелики. Кстати, на сколько циклов качания вы загрузили «Демона Максвелла»?

– Дык на все три, – сказал Техник-Наладчик, а про себя подумал: «Знал бы ты о моих возможностях!»

– На все три? Гм.

А под каким углом к этой звезде вы его установили?

– Ясное дело – под предельным, – Лукреций не любил полутонов и незавершенностей. Он все делал по максимуму, но в рамках оплаты.

– Вот это дело! Вы хоть представляете, Кеша, что там будет через полтора-два длива?

– Как что будет? Белый Сверхгигант! Согласно уговору, в аккурат на два миллиона, – воскликнул Кеша и осекся. Он внезапно стал осознавать, чем это ему грозит.