Третья концепция равновесия

А молодежь ринулась грызть гранит науки, ввиду внезапно распахнувшихся перспектив. Но, как выяснилось, распахнувшихся ненадолго.

Скачка науки так и не последовало. Всякую новую теорию, с присущей ему научной любознательностью, наш друг Ооноор подвергал той же участи, что и предыдущие.

Так могло продолжаться довольно долго, если бы на свою беду Ооноор, к тому времени прочно уверовавший в осуществление Пророчества Птицы Урч, не задался дерзкой целью создать такую теорию, которую он же и не смог бы опровергнуть.

Для начала он с легкостью опроверг все свои предыдущие теории и опровержения, результаты чего опубликовал в открытой научной прессе. Наука, пребывавшая к этому времени в глубочайшей прострации, уже никак не прореагировала. Воодушевленный Ооноор принялся созидать теорию за теорией, по ходу дела разваливая их как картонные домики.

Но нет худа без добра. Увлеченный своей сверхзадачей Ооноор на продолжительное время выпал из поля зрения науки. Та, хотя и не сразу, воспрянула духом и вышла из затянувшейся прострации.

Началось широкое строительство, накатила эра возрождения. А оказавшийся в логическом тупике Ооноор получил прозвище Великого Ниспровергателя.

Пророчество сбылось. Но отныне он существовал больше в анналах, в изустном предании, чем в научном процессе.

Глава Консилиума жил по соседству с Ооноором. Они даже делили охотничьи угодья, и Глава Консилиума частенько встречал во время своих охот задумчиво прогуливающуюся фигуру доктора.

Один раз он все-таки не выдержал и обратился к последнему с приветствием. Тот ответил несколько невнятно. Завязавшееся знакомство вылилось в крепкую дружбу.

Вообще Глава Консилиума был парень приятный, ему стало жаль Ооноора. Тот все время о чем-то думал и никак не мог сосредоточиться на радостях жизни. Чтобы отвлечь задумчивого доктора от его тяжелых мыслительных процессов, Глава Консилиума предложил Ооноору поучаствовать в работе Триумвирата. Тот нехотя согласился.

И вот теперь этот безупречный механизм сокрушения умопостроений обрушился на ничего не подозревающий Консилиум.

Глава 9

«Третий оборот заседания. Глава Консилиума предлагает открыть прения. На подиум поднимается неотождествленный субъект.

Н. С.: Итак, я продолжу. Как только что мы выяснили, древняя поэзия отличается от современной в известной мере незначительно. Но есть в ней нечто… Вот, к примеру, такая поэтическая фраза: «изнеженность листа».