День шпиона и кое-что о птичках

Кто-то еще вошел, негромкий приятный голос произносит нескончаемую длинно-однотонную фразу, как вдруг – она резко распахнула глаза, услышав "…у водопада Вечерней песни". Монастырь! Она не разделяла этой веры, однако храм, где водопад поет, где бережно хранят традиционные методы лечения, включающие медитацию, и звук, и травяные сборы… Паломники добираются издалека, приходят люди и с гор, и с юга, чтобы получить здесь исцеление телу и душе. Казалось, там лечат и воздух, и вода, даже камни, если медленно перебирать их, сидя на берегу ручья.

Это лучшее место, которое она знала за всю свою жизнь! Жишен и его люди взяли штурмом и сожгли храм в одном из северных уделов, неужели они и здесь собираются…

Она резко села и удивилась – веревки не удерживали, зато в глазах все покачнулось, и дрожь заколотила, будто от холодного ветра.

Человек, одетый, как монах смотрел на нее с сочувствием. Снова их штучки!

– Прошу вас! – Почти незаметный акцент делал его речь еще мягче.

Он набросил толстое теплое покрывало, окутавшее ее целиком, и осторожно повернул ее лицом к стене, усадив так, что можно было опереться плечом. Теперь она, сжавшись в комок, оказалась почти спиной к столу, к собранию вокруг него, а так же и к выходу.

– Уже не больно… Почему… – Невнятно пробормотала она. – Неужели это уже… Я…

– О, нет, ну что вы! Это просто такая реакция. Самообезболивание, если можно так выразится. К сожалению, это потом пройдет, и завтра, и послезавтра болеть будет.

И еще – выглядеть будет очень… э… некрасиво. Отеки, черные следы… Но вы не волнуйтесь, потом совсем ничего не останется, как будто и не было!

– Завтра… послезавтра… для меня не будет…

– Обязательно будет! Чтобы отеки уменьшить… Попробуйте опустить ваши руки вот сюда. Да, и ноги, наверное тоже. Если станет очень холодно, вытащите.

Вода в ведре действительно была холодной – наверное, уже вечер… или утро…

Ликин обернулась – ни о чем не спросив и ничего больше не сказав, человек выходил, забрав с собой принесенный круглый сверток, укрытый темно-красной тканью, того же цвета, что и его одеяние.

– Времени у нас в обрез, сказать по правде. Почему бы не попробовать сделать по-моему?

Жишен произнес еще одну фразу – настойчиво, на грани приказа, и сделал еще глоток. Напиток был горячим, распространял травяной и ягодный, сладковато-приятный запах по всей комнате.