Демон по обмену

В конце концов, мы здесь собрались именно для этого.

Судя по воцарившейся в аудитории тишине, терхи никак не отреагировали. Значит, они не против подобного поворота событий. Или, может, адептам по обмену попросту плевать?

Я все-таки не удержалась и взглянула через плечо. И тут же пожалела о содеянном. Эзро смотрел прямо на меня. Просто прожигал взглядом. И не оставалось ни единого сомнения – он меня узнал.

– Так вот. В отличие от нас, терхи рождаются без единой капли магии. И получить желанные способности может любой из них, кто достаточно силен и смел, чтобы пройти обряд инициации кха.

Господин Бестлер на секунду скрылся за кафедрой и достал из ее недр небольшой записывающий кристалл. Начертал магический знак в воздухе, и кристалл засветился, показывая объемное изображение округлой чаши, наполненной тягучей черной жидкостью.

– Кто знает, что это? – обратился к аудитории лектор.

– Архей. Источник темной энергии кха, – ответил кто-то с первых рядов.

– Верно! Архей…

– Правильно говорить археййо, – неожиданно поправил один из терхов, и вся аудитория как по команде повернулась к нему.

Как я и предполагала, реплика принадлежала длинноволосому терху.

– Благодарю вас, господин Ллорни. – Валлий кивнул и сделал запись в своем блокноте. – Так вот, магические силы терхи получают именно из источника. Обряд состоит в том, что юноше или девушке наносят рисунок – изображение кха, используя темную материю источника в качестве чернил. Ритуал этот, насколько мне известно, очень сложный, небыстрый и болезненный.

– А если нет? – раздался закономерный вопрос.

– Если нет, то, к сожалению, инициируемый погибает.

И вновь несколько неравнодушных взглядов устремились на «галерку». Я даже сумела прочитать в них сочувствие. Сами же терхи так и продолжали сидеть с каменными лицами, словно преподаватель рассказывал вовсе не о них.

– Обычно ритуал проводят для юношей и девушек в возрасте от пятнадцати до восемнадцати лет.

– В пятнадцать? Осознанно? Вы это серьезно? – фыркнул парень с моего ряда. – Да мои пятнадцатилетние братья до сих пор носятся по саду, гоняя стрекоз и бабочек.

– Ну, кто-то проходит и в тринадцать, – словно между делом вставил все тот же общительный Ллорни.

– Простите, что вы сказали? – попытался уточнить господин Бестлер.

Какое-то время терхи молчали.