Дышу тобой

Но ни огородов, ни клумб, ни садов я не заметила. Ровные ковры ухоженной травки окружали жилища.

Неведомые силки на женщин-ящериц опустились на землю. Вернее, на бело-сиреневую брусчатку. Крупные, разнокалиберные булыжники складывались в сложный, почти до сантиметров выверенный узор.

Это же надо! Так подобрать камушки!

Уплощенные и сглаженные, они стелились под ногами почти ровной дорогой.

Поначалу улица казалась безлюдной. Только зашторенные окна домов уставились на нас темными глазницами, да несколько фонарей, похожих на сутулых баскетболистов наклонились, словно хотели рассмотреть поближе.

Мда… Принцы – и те казались поприятней. Прежде чем бежать от красавцев мужчин, следовало бы выяснить – куда податься и, главное – чем это нам грозит. Хотя бы у тех же ларров… Кто знает, вдруг посоветовали бы?

Я все больше понимала, что мы с Леной поддались паническому страху и потеряли способность трезво мыслить. Вот только теперь все эти здравые размышления изрядно запоздали.

Оставалось лишь собраться, мысленно приободриться и… ожидать худшего.

Приятельница окинула пораженным взглядом. Ну да, я же у нас паникерша, истеричка, холерик…

С минуту силки удерживали нас, хотя Лена решительно пыталась разодрать их когтями ящерицы. А я просто затаилась. Возникло стойкое ощущение, что мы давно не одни. Кто-то наблюдает, исследует, ждет, что сделаем дальше. И только поэтому не спешит появляться. От этой мысли на душе стало муторно. Захотелось снова поцеловаться с ларром, попробовать вкус его губ, ощутить запах малины и земляники.

Да бог с ним! Пусть пьет дыхание! Непохоже, чтобы мне от этого стало хуже. Напротив, складывалось ощущение, что принц напитал меня энергий, силами, магией…

Лена продолжала полосовать когтями невидимую сеть, я обхватила себя руками и оцепенела. Спустя несколько секунд вокруг появились люди. Ах нет, видимо, не совсем.

Нет, внешне они вполне походили на людей. Одна голова, две руки, две ноги. Нормальный цвет кожи, в противовес слишком бледной у ларров.

Выражения лиц не хищное, скорее исполненное темного удовольствия. В основном смуглые, брюнеты, высокие и худощавые, или попросту тощие, местные жители напоминали некий один народ, с явными отличительными чертами. Раскосыми глазами, в основном темно-карими, изредка коричневыми и еще реже – совсем черными. Длинными тонкими руками и пальцами. Не то чтобы аристократичными, скорее просто несоразмерными по отношению к остальному телу.