Его непокорная пара

Женщины любят сильных мужчин. А ты – самый сильный мужчина из всех, кого я знаю и видел. Но ты не должен представлять опасность для нее и не должен этой силой ее подавлять.

– Другим нравилось.

– Значит тебе такие не попадались. У нее же на лбу написано «феминизм в пятом поколении».

– Ну и что я должен делать?

– Дай ей почувствовать, что с тобой хорошо.

– Думаешь, после всего она раскроется… сможет это увидеть?

– А черт его знает! – Ренат развел руками. – Не попробуешь не поймешь. А там помозгуем. Что скажешь?

Артар отмахнулся и отправился к шкафу.

Достал бутылку вина, бокалы и вернулся в кресло.

Бета подошел и Ревский налил терпкого напитка: себе и Ренату.

Дружба дружбой, а субординация субординацией.

Ренат и Артар с детства были неразлучны. Как братья. Но бета всегда знал свое место. Вернее, понимал, когда должен знать его.

– Она, наверняка, считает меня неандертальцем. На плечо и в пещеру…

Ревский сам усмехнулся собственным выводам. Ренат кивнул.

– Так докажи, что это не так.

– Легко сказать…

Артар глотнул вина. Терпкий, чуть сладковатый напиток немного разбавил горечь во рту.

Ломать себя ради женщины. Он не привык и не хотел. Но не видел выхода. Если это единственный способ удержать ее… Лучше сломать себя, чем сломать ее.

Артар прокрутил в голове эту мысль снова. Выпрямился, будто шест проглотил.

Еще полчаса назад он думал иначе. Совершенно противоположным образом.

Что изменилось?

Она ушла?

Да нет, не совсем так.

Она не приняла его.

Вот что, как теперь выясняется, было гораздо хуже, чем резкий и непривычный для Ревского уход женщины. И даже отказ в близости…

То, что сейчас он вдруг понял – ее настроение, ее самочувствие и даже ее мнение важнее, чем его собственные.

Он альфа в своем поселении, но он больше не альфа в отношениях с нэнги. Разве что физически и генетически. Она играет первую скрипку.

Блиц-крик завоевания пары не получился. Теперь уже только Брусиловский прорыв.

* * *

Алия

– Ты послала альфу поселения, держателя этой земли и главу клана? Серьезно? – Люда так округляла глаза, что мне хотелось прекратить разговор.

Словно она считала, будто я ну просто обязана лечь под Артара.

У меня это в голове не укладывалось. Все же мы не пещерные люди. Забрал женщину в пещеру, закрыл и пользуешь.

Да и не во времена рабства. Когда рабыни приравнивались к живому имуществу…

Боже! Двадцать первый век! Что за бредятина?

Мы сидели в своем номере, пили вино.