Пара для медведя одиночки

– Это мне еще нянькой с ней возиться?! Может мне еще уборщиком где-нибудь устроиться для подработки? И психологом, на всякий пожарный случай. Ты представляешь хотя бы как реагирует обычный человек, когда ему говорят, что он оборотень? Реакцию вообще можешь вообразить? Почему я должен это все разгребать? И почему меня должны называть сумасшедшим? У меня, что, на лбу написано: «козел отпущения»?

– Тим… Я заплачу втрое. Мы заберем ее через час-два как сигнализируешь!

– Ладно… Шут с тобой! Прибью табличку над домом «Отель для перерождающихся…» И люди не поймут и такие как эти все нэнги, что еще мнят себя человечками, сразу увидят – я больной и справка имеется!

Трофим быстро собрался.

Накинул первое, что под руку подвернулось, запрыгнул в машину и включил поисковую программу оборотней. Она как человеческий навигатор поясняла: направо, налево, прямо… Объект движется, дистанция сокращается…

Джип вербера легко прорывался сквозь нечищеные дороги человеческого поселка. Местами веерами вокруг колес раскрывались водяные фонтаны.

Ну да… Люди такие люди… Не все, разумеется, но многие.

За свое глотку перегрызут, а общее – оно же ничейное. Если срочно надо – позаботятся, а так – гори оно… В этом вся человеческая суть…

Впрочем. Задание ведь простое. Женщина. Судя по всему, движется медленно. Если верить параметрам ауры и данным с нано сканеров ОПО – больна и, значит, вряд ли окажет сопротивление.

Трофиму, по факту, и делать-то нечего.

Сгребет, закует в магнитные наручники, привезет к себе и все объяснит.

Выслушает куда ему обратиться со своей лекцией, в какую конкретно дурку города. А потом сдаст с рук на руки ОПО. И пусть те уже сами валандаются. Вроде бы куда уж проще!

Делов на пару часов, а потом – отдыхать и еще раз отдыхать.

Вербер притормозил, когда до нэнги оставалось метров сто и пошел уже пешим, дабы не спугнуть «добычу».

Незнакомку Трофим настиг легко и быстро. Она брела, словно сама не понимая куда, не разбирая дороги, пошатываясь. И почему-то у вербера впервые в его жизни сжалось сердце и бухнуло так, будто ребра пыталось сломать в труху.

Все звуки вокруг внезапно практически исчезли.

Задиристый, с вызовом лай какой-то молодой дворовой собаки, что еще не знает кто такие двусущие. Встревоженная птичья перекличка. Сухой хруст обледеневшего снега под ногами, похожий на хруст ломающихся веток. Легкое, щекочущее по коже шуршание: куропатки пробираются к кустам, чтобы сорвать последние ягоды.