Пара для медведя одиночки

«Понимаю» – послал мысленный сигнал Трофим.

Еще как понимаю! Как и то, что старый приятель давал ему полдня для общения с парой и ее сыном! Может все и ненавидели ОПО за их методы и непримиримость. Но тамошние оборотни вовсе не последние мерзавцы и гады. Работа такая. И этим все сказано.

Ведь именно благодаря им уже много веков двусущих считают сказкой, мифом, фантастикой. Это все их заслуга. Их, которых в каждом доме оборотней только и проклинают.

Глава 8

В раздрае

Я наблюдала за сыном, за Трофимом и все вроде выглядело мило, весело, на позитиве… Но что-то такое я чувствовала в вербере.

Какую-то глухую обреченность осужденного… Странную, давящую на грудь почище бетонной плиты.

В том, как иной раз оговаривался вербер «Вот, запомни! Делай так!» Словно не рассчитывал показать Мише еще раз. В том, как он порой смотрел на меня и Мишу… Как мы едим блинчики со сметаной и малиновым вареньем, как смеемся, шутя друг над другом. Так смотрел, будто хотел запомнить, запечатлеть в памяти потому, что больше никогда мы не встретимся…

Иной раз думалось – разыгралось воображение.

Уж больно Трофим был спокойным и оптимистичным. Перед неприятностями себя ведут совершенно не так… Вообще не так.

Но… червячок сомнения шевелился.

И тут… тут Трофим убрал тарелки в посудомойку, не позволяя мне помогать, и объявил:

– А теперь пошли. Покажу тебе все в доме. Где что хранится, где какие комнаты. Где какие потаенные возможности оборотней…

И вот тут меня прямо передернуло.

Я вгляделась в серьезное и деловитое лицо вербера.

– Ззачем нам все это узнавать?

Он заметил мое напряженное состояние. Натянуто улыбнулся, затем улыбнулся шире – выглядело как будто губы насильно тянут в разные стороны.

– Ну мало ли… Меня вызовут на задание… А вы тут одни. Что-то понадобится. Да всякое бывает.

Он врал! Я видела и чувствовала! Врет! Прячет глаза, изучает свои большие босые стопы. На удивление с высоким для мужчины подъемом. Сам не хочет – но врет.

Не знаю, что нашло, но я подошла к Трофиму, который ожидал возле лестницы на второй этаж, взяла за локоть как в коридоре и заглянула в глаза:

– Что случилось? – спросила тихо.

– Ты не хочешь этого знать, – подтвердил он мои подозрения.

– Пожалуйста, скажи… Я не хочу, но скажи! – взмолилась я.

Сердце пропустило удар. Он медленно накрыл мою руку своей, как и в прошлый раз, погладил пальцами и улыбнулся – легко, светло и почти позитивно.