Поиграй со мной!

Деньги выделило правительство, и я имел право тратить их по собственному усмотрению. Мне требовалось…

– Выяснить мои возможности! – выпалила я.

Он кивнул, совершенно не напрягся, и начал неспешно цедить чай, поглядывая с хитрецой, но и с какой-то затаенной лаской.

И все внутри меня менялось от этого взгляда. Но самое главное – я не понимала, как и чем он меня затрагивал. То ли этой лельдисовской пластикой, доведенной до предела, то ли взглядом – прямым и одновременно теплым, то ли интонациями низкого, бархатистого голоса… Только мне совсем не хотелось выгонять Вела, напротив, его общество все больше нравилось.

– Успокоилась? – спустя минуту спросил лельдис. Я повела плечом.

– Прежде чем делать предложение, мне следовало убедиться, что ты именно та, которую мы ищем. Я давал тебе исследовать разновидности магии, которые должны стать красной кнопкой. Стоп краном. Если заметишь такое, подобное, следует сразу же озадачиться, понять – для чего оно служит и зачем создано. Это ты тоже умеешь, я видел.

Вот и все. А деньги… Считай, что прошла тест на каком-нибудь симуляторе против боевой или любой другой магии. И тебе заплатили. Я уполномочен предложить тебе такую же сумму ежемесячно. Что скажешь?

Быстрый взгляд – как выстрел в упор, секундное замешательство на лице, сложенные домиком брови. Пальцы Вела вздрогнули, будто порвали струны. Впервые он показал, что не настолько уверен в себе, как представлялось поначалу. Хочет, буквально жаждет, чтобы я согласилась. Даже согласен поторговаться.

Я задумалась, замерла в замешательстве.

Зачем мне все это? Когда-то я мечтала работать в агентстве «Химеры». Помогать планете и ее обитателям избавляться от вредных магических отходов, что загрязняют сильнее, чем заводы и фабрики небеса прошлого. Но порыв остыл, растаял как сугробы весной. Вот они холмами возвышаются над улицами – огромные, выше человеческого роста – и вот уже осели, напитав землю влагой. Осознание собственной бесполезности сделало меня сильнее, но и циничней.

Устойчивей к чужим горестям и боли. Нет, я умела сопереживать. Ежемесячно отправляла деньги на благотворительность, несколько раз в неделю совершала свой, маленький подвиг, о котором никому не рассказывала… Но за всеобщее благо больше не радела. Прошел тот восторженный пыл, которым горят сердца героев. Стихли остатки восстания магов, ушли в прошлое сводки о битвах и драках. Подвиг Нины, владелицы агентства чистильщиков и ее химер остался в памяти.