Попаданка для императора змей

Да и сам Ренсвилл точно не представлял – куда именно занесло Рельгора. Знал только, что на Землю. Но Земля – о-очень большая планета. И искать тут можно очень и очень долго.

Рельгор планировал появиться внезапно и огорошить, дезориентировать мятежников. Те, кажется, сомневались, что адельтах выжил. И это вполне было ему на руку. Пока числишься мертвым, тебя не пытаются снова убить. Хорошее прикрытие. Лучше и не придумаешь.

Вот только сейчас заговорщики зашевелятся и попытаются доказать всем, что император погиб, хотя никто не видел его тела.

Захотят совершить переворот. Ибо некого ставить у власти, кроме как потомков другой династии…

Поэтому долго выступать в роли трупа не стоит. Комедия может превратиться в фарс.

И все эти мысли заглушало желание Рельгора все время оставаться рядом со своей нари. Неконтролируемое, лихорадочное, жгучее…

Адельтах понял, что Альва – истинная. Но ей раскрывать этот факт пока не планировал. На эмоциях случайно вырвалось неведомое для землянки слово. Потом как-нибудь объяснит.

В конце концов, у слова «нари» есть масса значений на языке нагов. Сладкая, лакомая, женщина, которую хочешь…

Землянка понятия не имела, что смогла подключиться к диалогу с Ренсвиллом лишь потому, что она – истинная пара Рельгора.

Никто не должен пронюхать на счет Альвы, пока последний мятежник не будет обезврежен.

Потому, что иначе жизнь землянки окажется под угрозой. А этого Рельгор допустить не мог. Впервые чья-то жизнь стала ему дороже собственной. Впервые он готов был бороться не ради принципов, не ради всего, во что верил, а ради того, чтобы она оставалась в безопасности.

Впервые он готов был сложить голову не ради народа, не ради процветания Гардавии… а ради женщины…

И теперь он становился еще более уязвимым. Узнай кто из мятежников про Альву – ее могут попытаться использовать. Похитить, шантажировать императора ее жизнью, ее болью или ее здоровьем. И… непоколебимый Рельгор, которого в народе уже прозвали «эльдерт адельтах» – император из камня, стал бы слишком сговорчивым и уязвимым.

Но отказать себе в том, чтобы находиться с ней рядом, постоянно вдыхать ее запах, словно это давало ему силы, ощущать возбуждение, которое не проходило, болезненно о себе напоминало, испытывать эту сладкую, томительную эйфорию… Нет. В этом себе Рельгор отказать не мог.

Он бродил за Альвой словно привязанный. Слонялся по дому землянки, не в силах упустить ее из виду даже на мгновение… И порой сам не отдавал себе в этом отчета.