Попаданка вам в сад, или Три девицы под окном

Все было на чистых инстинктах, даже скорее – на каком-то шестом чувстве, когда понимаешь, как надо и когда действовать. Лишь потому что вы настолько друг другу подходите, что иначе просто не может случиться. Вы ключ и замок, созданные друг для друга.

Я отвечала, ощущая жар дыхания Руна в себе, внутри. Он уже в меня проникал. Уже стал частью меня. Осталось совсем немного…

Я даже не поняла, как Рун умудрился оказаться между моих ног и уперся в ноющее от желания место возбужденным мужским естеством. Я подалась навстречу, прижимаясь сильнее, живот потянуло сладким и одновременно мучительным спазмом.

Чувствовать все так ярко, остро… Как вспышку падающей звезды в небе и одновременно нотку перца в сладком соусе… Это было ново и так потрясающе. Я снова тонула и терялась в собственных чувствах.

Все казалось каким-то нереальным. Как будто это происходило не со мной. Но предложи кто-нибудь отмотать время назад – ни за что на свете не согласилась бы.

Я понимала это с самого начала.

Еще один настойчивый, практически сминающий малейшие возражения поцелуй – словно Рун говорил: ну все, теперь не отвертишься… И вельмер оказался там, куда так хотел добраться. От нового ощущения я стала глотать воздух ртом, вся натянулась, будто струна, и напугала этим вельмера.

Он замер, практически не шевелясь.

– Все в порядке? – спросил обеспокоенно. – Не больно? Я что-то сделал не так?

Голубые глаза сверлили, в них одновременно плясало пламя бешеной страсти, такой, что я с трудом смогла перевести дух, и искорки страха.

Я усмехнулась и шевельнула бедрами, принимая мужчину целиком, без остатка. Теперь настала очередь Руна задерживать дыхание и напрягаться. Он прямо окаменел. Но всего на мгновение, которое потребовалось, чтобы осмыслить мою реакцию. А потом вельмер ринулся «в бой», рыча от удовольствия и пыхтя, как самовар. И я тоже постанывала в такт движениям оборотня.

Позволила себе все: выпускать эмоции голосом, жадно двигаться навстречу мужчине и принимать его снова и снова с упоением и удовольствием. Меня снова и снова встряхивало вплоть до кончиков пальцев. Все внутри сжималось и наливалось жаром, в ответ на безудержную страсть вельмера. А его страсти хватило бы на десятерых. Тут Рун нисколько не преувеличил. Оборотни оказались, на самом деле, безумными любовниками. Во всяком случае, такие, как он.