Попытка номер пять. Убить или влюбить

Теперь в Лазаре четко просматривалось его низкое происхождение, под налетом военной выправки и заученных за годы службы манер. Я никогда не была снобом, и понимала, что порой тот же крестьянин куда честнее и благородней вельможи. Но в Лазаре словно собралось все, за что не слишком уважали выходцев из низов. Самодовольство, что вырвался из грязи в князи, грубость, оформленная в элегантные фразы и жесты, низменные инстинкты, которые он почти не скрывал.

Впрочем, вскоре Лазар снова натянул на лицо маску презрения:

– Оказывается, семья Ленниг неплохо обеспечивает даже своих бастардов.

Я потупила взгляд, и привычно отправила ругательства в сеть. Между прочим, там у меня уже свои почитатели собрались – лингвисты да антропологи, изучающие изысканную семантику крепких русских выражений…

Но кое-кто был не столь терпелив. Когда Гретно усаживался в воздушный автомобиль, выдвижная дверца внезапно дернулась, едва не оставив нерра без пальцев.

Когда я забралась в салон этого аппарата, вдруг обнаружилось, что водителя нет.

Зато Лазар управляет им дистанционно при помощи все того же трокка.

Я могла видеть в виртуале военных траектории движения подобного транспорта, но управлять им не умела. К сожалению…

Летающая машина, похожая на стилизованную птицу с полусложенными крыльями взвилась ввысь так, что у меня дух захватило. За окнами замелькали облака и… стена, которая огораживала военный городок осталась позади.

Я впервые увидела планету без ограничений.

Впереди причудливым гребнем какого-то чудовища тянулся горный хребет.

Причем камень переливался под солнцем, меняя цвет с темно-зеленого на голубой. Вершины были покрыты бело-розоватыми шапками снега.

Я не сразу поняла, что так их окрасил закат, который уже занимался у горизонта, вытягивая длинные бордовые лепестки.

Я привыкла, что небо может слиться с морем. Однако море под нами выглядело обычным, темно-синим, а небо сливалось с лесом, который оставался справа от летающего аппарата.

Розовая листва переплеталась с закатными лучами и чудилось – перед нами еще одно море, только гранатово-пурпурное.

Ветер шевелил ветви деревьев и по этой причудливой вертикали бежали волны.

Внезапно машина прибавила ходу и на всех парах нацелилась на горный склон. Я зажмурилась, понимая, что Гретно собирается меня не утопить, а расплющить о скалы. Ну а что? Изобретательно. Авария. И следов не найти.

Почему я решила, что Лазар разгадал наш с Мейнардом план, понятия не имею.