Рретанские истории

Мундиры землян и абестанцев отражали слабые силовые удары, не горели, не плавились и не пробивались из обычного плазменного пистолета. Рретане усовершенствовали униформу, что не удивительно – воевали они всегда в авангарде и первыми бросались в опасные миссии. Их мундиры гораздо прочнее.

Я вдруг поняла, что боюсь. Не за себя и не за то, что останусь на Тэо одна. Я страшилась за жизнь и здоровье Рея. Вдруг он не вернется? Вдруг что-то случится… и мы больше никогда не увидимся?

Коммодор прослыл в КОР отважным воином, почти бесшабашным.

Он не прятался за спинами подчиненных и всегда рвался в самое пекло. Правда, пока выходил сухим из воды. Тар Ренса ни разу даже не ранили серьезно. Но из каждого правила бывают исключения. Ткенны опасны, неизвестно, что они задумали на этот раз.

Рей собирался уйти. Обернулся, улыбнулся как-то совершенно по-новому, казалось, у него в кармане уже вся Вселенная. И, несмотря на опасную ситуацию, глаза рретанина переливались перламутром.

– Ты можешь остаться тут или пойти в свою комнату.

Только напиши, чтобы я нашел тебя. Пришли сообщение мне на браслет-компьютер. Я по дороге отправлю тебе код для связи, – как-то слишком позитивно произнес Рей, будто летел на бал, а не на битву.

Повинуясь странному порыву, я подскочила к нему, приподнялась на цыпочках, чмокнула в щеку, коснулась губ и спросила:

– Но ведь с тобой ничего не случится?

Он улыбнулся шире, схватил меня, поднял так, что наши лица оказались на одном уровне, и пообещал:

– Все будет хорошо.

Мы не раз побеждали этих гадов. Поверь, я знаю, на что иду. И не говори со мной больше так ласково. Мне нужно настроиться на схватку, а ты меня сейчас здорово деморализуешь.

Рей поцеловал меня в губы с силой и страстью, которую еще недавно демонстрировал. Опустил на пол и выскочил из комнаты.

Я вздохнула. Как же все сложно! Только что я была в объятиях Рея, почти отдалась ему. Конечно, мне хотелось услышать от рретанина те слова, которые он произносил в моем сне. Но и то, что он сказал наяву, было просто нереальным.

Для мужчины, коммодора, существа другой расы, которая сейчас враждует с моей, он сказал более чем достаточно.

И я хотела его. Действительно хотела. Я принимала его таким, какой он есть, – хвостатым инопланетным аристократом, главным преступником галактики, мятежным военным, который ставил условия моей же матери. Но еще я видела, что Рей не плохой. Он не злодей, который жаждет власти или каких-либо благ для себя лично.