Сердце повелителя демонов

Небрежный взмах рукой – и садовники, что суетились вокруг деревьев и клумб, поливая, пропалывая, окучивая, резко устремились прочь, прихватив лопатки с секаторами.

Еще один быстрый взгляд – и пара слуг, что высунулась в окно полюбопытствовать, в мгновение ока скрылась из виду.

И Аскольду стоило лишь изогнуть бровь, чтобы садовник, который замешкался, все решал – вернуться за забытыми граблями или же нет, понесся прочь на скорости антилопы.

Уверена, мои «выкрутасы» для этого демона нечто вроде шока, первого опыта.

И впервые я оценила, что он старался. Приказывал, а потом отступал. И принимался говорить, словно ничего не случилось.

Вчера все складывалось значительно хуже. Угрозы узнать все при помощи магии, повторные распоряжения и нетерпимость. Казалось – я солдат на плацу и встретилась, как минимум, с генералом.

За ночь что-то такое случилось с этим рогатым. Пока для меня совершенно необъяснимое. Непохоже, чтобы хозяина местных просторов заботило мнение окружающих. Тем более, таких как я.

Простых землянок, пусть даже и ведьм.

А еще временами мне чудилось, что он смотрит на меня не так как раньше. Тот взгляд хищника, готового вот прямо сейчас поймать и обездвижить добычу, забыть сложно. Сегодня что-то неуловимо изменилось. Равно как и в интонациях низкого бархатистого голоса Аскольда, когда он со мной разговаривал.

Сад повелителя Гойи быстро обойти не получилось бы. Угодья Аскольда простирались очень далеко и соединялись с садом лечебницы узким перешейком черной мощеной дорожки.

К нему меня и привел рогатый.

– Как только лекари сообщат, что обследование и процедуры закончены – отсюда прямиком пройдешь к дочери.

Я прищурилась и сосредоточилась на лице демона.

– Могу я сходить туда одна?

Аскольд усмехнулся. Интересно, он вообще умеет улыбаться? Ну так, чтобы показать зубы?

– Если тебя интересует отпущу ли – да, отпущу, – кажется, эндеру не слишком нравилось это говорить. – Но охранники все равно будут следовать за тобой по пятам.

Это необходимая мера. В мире демонов все куда жестче, чем в мире людей…

Я пожала плечами и уточнила:

– То есть… Эм… Кому я нужна? Я же обычная ведьма! Из человеческого мира. Кто может на меня позариться…

На последних словах эндер облизал губы, сглотнул, оскалился и произнес с раздражением:

– Ты рисуешься или, правда, ничего не понимаешь?

Я развела руками. Я никогда не рисуюсь. Не мой стиль и не моя игра.

– Знал. Что не рисуешься.