Трехликая. Битва первородных

Свирепо полосовала когтями нападающих, рвала плоть острыми клыками химеры и прожигала шкуры аурным пламенем. Я различала своих и чужих по энергетике, но кто кого побеждает – пока не видела. Ковалль выбрасывал во враждебных драконов заклятья. То нечто вроде вертушки-мельницы с острыми топорами на каждой лопасти. То похожих на турбины аурных тварей, которые перемалывали все – и тело, и энергетику.

Первородный не оставлял попыток окутать меня непроницаемым энергетическим куполом. Но не удавалось поймать мгновение – слишком быстро перемещалась по полю брани.

Раньше я ужасно страшилась любых кровопролитий. Не представляла, что такое – сражаться. Да и в человеческой ипостаси не сумела бы, чувствуя себя слабой, уязвимой, растерянной. Но в шкуре трехликой дралась неплохо. Животные инстинкты праздновали победу. Оранжевая химера билась азартно, стремилась к победе, как спортсмен на чемпионате, словно и не жизнью рисковала – медалью. Черная – убивала без малейших сожалений, совершенно хладнокровно и даже жестоко, желтая старательно восстанавливала тело.

Вскоре меня начали всерьез опасаться. «Месилово» первых мгновений схватки, когда каждый рассчитывает на быструю победу, уступило место тактике и стратегии. Мы с врагами кружили, отступали, прикидывали… И я наконец-то оценила их численность. Нападавших оказалось несколько десятков. Неравные силы, но мы не дрогнули.

Ковалль швырялся боевыми заклятьями. А если не успевал создать очередное – просто атаковал огнем или иглами, созданными из льда и аурной энергии. Оборотни перегрызали драконам шею – там обнаружилось их слабое место. Ящеры падали и начинали задыхаться, обращались в людей и только дергались. Если враги удачно оборонялись – так, что до шей агенты не доставали, – наши разрывали им сухожилия на лапах. Я подметила этот способ вывести из строя противника и принялась активно им пользоваться.

Когти не оставляли следов на шкуре химеры, аурное пламя не позволяло приблизиться, пока я не готова к ближнему бою. Мощные удары гасились энергетически – желтая химера расстаралась на славу. И каждому давлению противопоставляла ответное.

Я представлялась себе неуязвимой. Почти, но все-таки практически бессмертной. Кажется, Коваллю это не нравилось, Мей кидал неодобрительные взгляды. Но на сомнения времени не оставалось.