Трехликая. Битва первородных

Мятежники нацелились на первородного, и его давний враг активно помогает…

Химера хотела возразить начальнику, впервые за их недолгую беседу позволила себе сильные эмоции – всплеснула рукой, подалась вперед, будто могла очутиться рядом, прыгнуть к нам сквозь облачко связи… Но в эту минуту видеофон мигнул черным и пошел рябью.

– Мы… все равно… надо… пробовать… Когда закончим нынешнюю миссию… Буду отслеживать… Не отключаюсь… Если вдруг что, рвану к деду… – донеслось до нас сквозь шипение. И последнее: – Магическая буря близко… Или другая магическая стихия… Боюсь, скоро будет страшно… Деду надо уходить с болот… Иначе придется бороться с ненастьем… Не только с мятежниками и мерзавцем Олтриксом…

Связь выключилась – облачко схлопнулось в пространстве.

Я только сморгнула, осознавая, что Коваллю не поможет даже внучка и ее муж – сильный лельдис, отличный агент и бесстрашный воин. Тот, кто сметал все преграды на пути к товарищам и любимой женщине. Об этом я тоже читала в сети. Увы… Они слишком далеко от первородного и просто не успеют добраться вовремя. Даже у магии есть ограничения, даже волшебство не всемогуще.

Счет идет на какие-то минуты… Черт! Что же делать? Как действовать?

У меня внутри словно что-то оборвалось, сердце заколотилось как безумное. Я знала Ковалля несколько недель – ничтожно мало для близкого знакомства. Мы еще не строили совместные планы, не говорили про надежды на общее будущее, даже почти не обсуждали отношения. Но я знала сейчас одно: без этого мужчины мне не хочется ни наслаждаться благами техномагии, ни прогуливаться по цветущим планетам будущего, ни обучаться способностям трехликой.

Я не представляла, как останусь без Ковалля. И не хотела даже проверять это.

Взгляд бездумно скользил по комнате, словно я интуитивно искала нечто, но что именно – еще не сориентировалась.

Растерянность граничила с истерикой, безумием. Я действовала, кажется, на чистом адреналине. Он струился по венам, взвинчивал пульс, спутывал мысли, но толкал на подвиги, такие непривычные для женщины из прошлого, что воевала исключительно с жилищниками, когда отключалась вода, электричество.

И то – лишь строчила жалобы и возмущалась ситуацией в воздух…

Сейчас же я чувствовала нечто иное…

Так израненный воин на поле брани бросается в последнюю свою атаку, даже понимая, что товарищи сгинули и нападение закончится плачевно…

Даже не представлю, что нашло на меня. Не знаю, почему Бриолис допустил это. Он высился у дивана и не двигался.