Трехликая

Я же в итоге овладела способностями! Вернула заклятья их «законным владельцам», ничего не разрушила и никого не травмировала. Должны же власти и это учитывать.

Нет-нет да и прокрадывались в мое шаткое спокойствие приступы истерического отчаяния, панического страха и ощущения безнадежности. Накатывали волнами: внезапно и резко. Я очень боялась, что не увижу Танюшу. В этом безумии обретенных способностей, мира, где я превратилась в нечто новое, дочка – вот что согревало душу и порождало желание двигаться дальше.

Моя девочка, моя Танюша, малышка. Какая она теперь? Выросла? Маленькая? Я так жаждала снова с ней встретиться. Наблюдать, как растет любимая дочка: меняет кукол на вечеринки с мальчиками, учится пользоваться маминой косметикой, отправляется на свое первое свидание! Нет, я слишком многое уже упустила! Слишком многое утратила на пожаре! Я не могу опять стать жертвой… Пленницей, пусть не огня – свирепого и беспощадного, но людей, не менее твердых в своих устремлениях.

Но всякий раз, когда я так думала, переживала и начинала нервничать, Ковалль накрывал руку теплой ладонью.

Другую брал горячей пятерней оборотень. Но я почему-то смотрела на первородного. И неизменно пропитывалась умиротворением.

Глава 3

Автомобиль вылетел за пределы города. В принципе, чего-то такого я и ожидала. Не верилось, что маг уровня Ковалля поселится внутри крупного мегаполиса. Среди сотен чужих извилистых судеб, мириад переплетений чужих жизней. Чтобы слушать ненужные слова, ссоры, вдыхать неприятные носу запахи, видеть краски и формы, которые не нравятся.

Казалось, это совсем не для первородного.

И я не ошиблась в своих предположениях.

Машина рассекла золотистое поле, усаженное крупными, идеальными колосьями. И словно сапфиры в изысканном украшении местами синели полянки васильков. Я залюбовалась, но это длилось недолго.

Мы миновали густые лесные чащобы, похожие на высокий палас из крон, которые суетливо перебирал ветер, будто искал внутри какую-то потерю.

Сделали небольшой зигзаг, полукруг, и машина резко пошла на снижение.

Черт! Так я себе все и представляла.

Под нами раскинулось небольшое поместье. Зеленые клочки естественной природы – маленькие рощицы, полянки, озера – были отделены друг от друга каменистыми дорожками. Вымощенными так, словно выросли сами. Рука человека безотчетно ощущалась, но глядя на дорожки с трудом в нее верилось.

Дом Ковалля походил на гигантский айсберг.