Трехликая

Мне же оставалось теперь лишь гадать – что это было и почему.

– Собираетесь на тренировку? Меня обождите! – бархатистый голос Мея прорезал тишину. Мы сразу очнулись – внимательная Танюшка, задумчивая я и, конечно же, Ковалль. Почти синхронно обернулись к двусущему. Лицо первородного окаменело, Танюша издала удивленный возглас. Я же сочла возможным вмешаться:

– Дочка, это тот самый Мейдрис. Я тебя о нем недавно спрашивала. Он оборотень и наш учитель по обращению.

Не хотелось рассказывать о проблемах и загадках, чьи корни лежат в правительственной лаборатории.

Не стоит лишний раз пугать дочку тем, что меня могли и не выпустить. А Мея фактически приставили следить, охранять «добрых граждан» от трехликой химеры. Да и зачем? Стычка с агентами лучше всяких слов и аргументов доказала, что Мей все-таки на моей стороне или придерживается стороны Ковалля.

Танюша оценила фигуру оборотня – рост под два метра, бугры мышц, чуть всклокоченные рыжие волосы – и поздоровалась:

– Добрый день, я – Татьяна.

И по тому насколько официально, формальным тоном она выражалась, я поняла, что дочка не впечатлилась. Ковалль определенно нравился ей больше. И первородный это тоже отметил. Губы его тронула слабая улыбка, одна бровь едва заметно изогнулась, из горла вырвался довольный возглас. Но спустя секунду лицо мага вернуло прежнее невозмутимое выражение. Я не успела поймать эмоцию – способности выключились или изменились, заработал дар другой химеры. Но отголоски все-таки уловила.

Внезапно, на какие-то жалкие секунды, в меня ударил поток энергии – или окружил, или втянул. Даже не могу толком описать. Я вдруг ощутила, что магия, аура и энергия Ковалля настолько велики, что отпусти он сейчас переживания – полгорода смело бы волной эмоций. Люди совсем перестали бы воспринимать собственные порывы и ощущения, полностью захваченные чувствами первородного. Далеко не сразу пришли бы в себя. След от такого массированного воздействия оставался бы в аурах многие месяцы.

Не то чтобы Ковалль навредил бы горожанам, но здорово изменил восприятие мира, ощущения от других существ и вещей. Первородный не только маскировал чувства – удерживал, чтобы не навредить окружению. Хотя, наверное, и скрывал тоже. Чудилось – внутри него таятся и не дремлют те еще демоны и ангелы тоже. Мей с первой встречи казался попроще и оттого почему-то безопасней. Но Ковалль все равно притягивал больше. Не только пресловутым ореолом таинственности.