Трехликая

Но Ковалль этого не планировал. Он остановился неподалеку, смотрел и улыбался. Не так, как привыкла, лишь приподнимая уголки губ, – по-настоящему, широко и душевно. Чуть дальше появилась мощная фигура Мея. Оборотень огляделся с удивлением и кивнул сам себе, будто все понял.

– Я без сознания? – с опаской спросила я. – Умираю?

Первородный резко приблизился, взял мои руки своими и произнес, глядя прямо в глаза:

– С тобой ничего не случится, Дари. Я обещаю. Я не могу контролировать внутреннего зверя оборотня.

Увы, эта часть твоей магии мне неподвластна. Для этого Мей здесь и присутствует. – Быстрый взгляд, острее кинжала и жарче выстрела из огнемета, странный, смущенный вид оборотня – и Ковалль продолжил тираду: – Зато я управляю заклятьями. Могу обезвредить абсолютно любое. Немного умею поиграть с аурой. Каждой твоей химеры, и человеческой тоже. Но то, что касается управления сущностями… – Широкий жест, будто давал Мею слово. Оборотень насупился и приблизился. Странно, виновато отвел глаза, словно обидел меня чем-то, хоть и ненамеренно. Ковалль усмехнулся с оттенком осуждения.

Да что с ними такое-то? О чем это они? Я понимала, что между мужчинами идет какая-то непонятная психологическая схватка. В чем-то первородный Мея обвиняет, а тот признается, что передо мной грешен. Черт! Как бы мне прочитать мысли обоих!

Первородный сразу отступил, словно наш длительный контакт давался ему с огромным трудом или что-то пробуждал внутри мага. То, что тот не хотел ворошить. Поневоле вспомнился Мей – оборотень только и ждал повода, чтобы дотронуться до меня хоть как-то.

Даже сейчас – виноватый, растерянный, нервный – он коснулся моей руки горячими пальцами, напрягся и произнес:

– Внутри тебя живут три ипостаси. Давай вначале определим доминантную. Именно она способна остальными командовать. Это как подчинение в стае. Этим ты от меня и отличаешься. Потом, когда побегаем вдвоем животными, увидишь мою звериную форму. Но у меня всего две сущности. Они находятся в некоем согласии, не главенствуют, лишь дополняют друг друга… У тебя же дело обстоит иначе.

Твои химеры стремятся доминировать. Каждая хочет взять первенство. Поэтому и необходимо выявить доминантную.

– Как? – удивилась я. – Как ее выявить?

– Прислушайся к себе, и сама догадаешься.

Я вспомнила все прежние обращения. Черная химера не рвалась наружу, не спорила с остальными, просто… руководила. Ага, вот я и нашла доминанту. Рыжая выглядела второй по силе, и самой слабой казалась желтая.