Убить нельзя научить. Книги 1 и 2

Студенты перестали крутиться, ковырять парты, соскребать куски дерева со скамеек. Выпрямились и сложили руки перед собой.

Матхар повел плечами и вежливо, без единой нотки прежнего нахальства, спросил:

– А-а-а. Так это вы вчера поймали чужие молнии? И даже отправили их назад?

– Вопрос темы занятия не касается. Но да, это была я.

Не без удовольствия и облегчения я заметила, как восторженно зашушукался амфитеатр. Да уж. Знала бы, что случайно остановить чужие молнии и в приступе ярости шибануть ими незнакомого студента настолько почетно… Может, и диссертацию не стала бы защищать.

Три года жизни сэкономила бы. А сколько бумаги-и-и…

– А теперь, раз уж мы все выяснили, познакомились, – я заговорила так, чтобы покрыть голосом аудиторию, и не без радости поняла, что старые навыки никуда не делись. – Матхар, возьмите у меня чистые листы. Составьте список учащихся. Скопируйте себе и принесите мне, – отчеканила я. Боюсь, через несколько лет работы, сгожусь даже командовать строевой подготовкой.

Матхар помедлил, словно еще набивал себе цену.

Но я подогрела парня, так сказать, дала ему «волшебный пендаль»:

– Быстро! – и подняла руку вверх.

Матхар вздрогнул, выпрямился, словно шест проглотил, и бросился за листками. Его соседи по ряду едва успели выскочить, давая старосте дорогу. Последнему – не очень высокому, по сравнению с товарищами, мрагулу, Матхар наступил на одну ногу, на другую и, отпрыгивая, приземлился на обе снова. Мрагул крякнул, шепотом выругался и поднял на меня виноватый взгляд.

Я покосилась, словно бы невзначай приподнимая руку. Парень втянул голову в плечи, стиснул челюсти до зубовного хруста и замер.

Матхар осторожно взял у меня из рук листки и вернулся на место.

В аудитории воцарилась долгожданная уважительная тишина, а я смогла осторожно выдохнуть.

Студенты даже фамилии вписывали, стараясь не слишком громко скрежетать ручкой, и поглядывая то на меня, то на лампы.

Так вам и надо! Мал золотник, да дорог. Нечего судить всех по бицепсам и трицепсам.

Я незаметно облегченно вздохнула еще раз и подошла к доске. Пока никто не видит, взяла тряпку и протерла влажные ладони.

Заодно обнаружила, что пишут тут не мелом, а каким-то маркером. Тоже белым, так что результат не сильно отличался внешне. И почему я вчера не обратила на это внимания? Минус мне за небрежность и рассеянность.

Давить на маркер не требовалось вовсе, а цифры и буквы выходили на диво аккуратными, тонкими, отлично прорисованными.