Цветы всегда молчат

Здесь она оглянулась, удивленная тем, куда забрела, повернула уж было обратно, но, зацепившись за что-то, полетела вперед с криком:

– Ай, каблучок!

И, наверное, серьезно ушиблась бы, если бы ее не подхватили.

– Ангел мой, что вы здесь делаете?

Ричард выглядел крайне обеспокоенным. Опустившись рядом на колени, он нежно, но надежно прижал ее к себе, а она обрадовалась этому объятию и разозлилась, что он заставляет ее радоваться таким мелочам.

– Каблучок! – прохныкала она.

Ричард быстро задрал ее юбку и посмотрел вниз.

Изящная туфелька Джози действительно застряла меж старых корней, и каблучок свернулся набок. Ричард осторожно извлек ножку в белом шелковом чулке из покалеченной туфельки. Ступня у Джози была такой маленькой, что, когда он прикладывал ее к своей ладони, целиком помещалась в ней. Он не удержался и, наклоконившись, припал губами к ее прелестной ножке. Сквозь тонкую ткань чулка Джози чувствовала жар его поцелуя.

Она тихо ахнула от неземного наслаждения, рожденного этой лаской.

А Ричард, легко подняв жену, готов был нести ее назад, как вдруг…

Дин-дон, дин-дон…

Совсем рядом. В сером змеистом тумане…

Дин-дон, дин-дон…

– Холодно, как холодно, – прошептала Джози, и он еще сильнее прижал ее к себе.

И тут появилась старуха. Жуткая, всклокоченная, в лохмотьях. На поясе у нее висел колокольчик. В кривых узловатых пальцах она держала посох. Старуха шла мимо, будто не замечая их, и напевала себе под нос:

Я садовником родился,

Не на шутку рассердился,

Все цветы мне надоели,

Кроме…

– Что это? – дрожа всем телом, спросила Джози, еще крепче обнимая мужа.

– А вот этого, любовь моя, вам лучше не знать, – сказал Ричард. И в голосе его, обычно теплом и бархатном, звучали стальные нотки.

Он поцеловал Джози в лоб, прошептав какие-то слова, и она тихонько отключилась. Затем, придерживая ее одной рукой, он снял сюртук и бережно уложил на него свое сокровище.

Он чувствовал их присутствие разрядами электричества вдоль позвоночника.

Выпрямившись, он осмотрел пустырь и насмешливо произнес:

– Ну что же вы! Выползайте!

И они полезли – серые, юркие, мерзкие… Они хихикали, явно издеваясь над ним:

– Отдай! Отдай нам цветочек!

– А вы попробуйте возьмите! – не менее издевательски, в тон им, ответил он.

Синее пламя, ярко полыхнув в глазах, стало разливаться по телу, искажая черты и члены. Тварь, давно ожидавшая своего часа, радостно выпускала когти и крылья.