День гнева

Как только он ушел – в то утро на полчаса позже обычного, – а Кристина отправилась будить детей, в голову ей закралось подозрение, что Синдре так и не вспомнил, какой сегодня день.

Он никогда не говорил, что куда-то поедет именно сегодня. Просто предупреждал, что в июне часто будет в разъездах. В конце концов, его никогда не посылали дальше Уппсалы, зачем же нужно было откладывать приезд мамы с папой?

С наступлением летних каникул семьи из Кнутбю разъехались по всей Швеции к родственникам и друзьям, так что к мидсоммару[5 - Мидсоммар – праздник летнего солнцестояния.

Отмечается в двадцатых числах июня.] Кристина окончательно освободилась. В пятницу после праздника летнего солнцестояния в доме Форсманов было непривычно тихо. А проснувшись утром в субботу, Кристина сразу поняла: что-то не так.

Она лежала на спине, прикрыв глаза. Не поворачивая головы, попыталась определить, что же ее смущает. Скосив глаза, увидела, что другая половина кровати пустует, и обратила внимание на свет в комнате.

Он показался ей не совсем обычным. Взглянув на часы на ночном столике, Кристина поняла, в чем дело: было почти десять.

Надев халат на ночную сорочку, она осторожно спустилась на первый этаж. Ирис и Антон не были тихими детьми, но сегодня она их не слышала. Или они ушли играть на улицу?

Потом Кристина почувствовала запах кофе. Мужа она обнаружила на кухне. Он обнял ее, и не как обычно, а с чувством, и некоторое время они стояли, прижавшись друг к другу, и молчали.

– Дети с Пером и Ирмой, – объяснил Синдре. – Флудквисты собирались на прогулку.

– А мы? – удивилась Кристина, высвобождаясь из его объятий.

– А у нас будет своя прогулка после завтрака.

Вид у Синдре был такой загадочный и довольный, что Кристина не выдержала и расхохоталась.

Он разрезал грейпфрут и подлил ей в кофе молока. Потом поджарил хлеб в тостере и достал из холодильника свежевыжатый сок.

– Иди одевайся, – сказал Синдре, когда они закончили завтрак.

 – Поедем искать клад, пока не начался дождь.

За окном над лугом уже собирались тучи, и Кристина побежала наверх.

Синдре начертил карту на разлинованной бумаге, но у Кристины не получилось разобраться без его помощи, что означают эти стрелочки и значки.

– Это как Библия, – рассмеялся Синдре.

Потребовалось множество подсказок и наводящих вопросов, прежде чем Кристина наконец определила место, где был спрятан клад, и обозначила его крестиком.